Трофей объявленной охоты

Там, где этим волнам ничего не попадалось на пути, они оставляли вмятины в стенах, а когда пара выстрелов приходились на одно место, образовывался пролом.

Стойка с аппаратурой упала, а ее оператор несколько раз пытался убежать, но беднягу сбивали отраженные волны, швыряя из стороны в сторону и вырывая клочья из его синего халата.

Обеим сторонам в сражении активно поступало подкрепление, и казалось бою не будет конца. Но едва Головин подумал, как ему вырваться из этого пекла, очередной волновой удар вышиб наружную стену и частично отраженной волной, Марка выбросило из разрушенной постройки под крышу изрядно поврежденного ангара.

Оказалось, что и здесь вовсю шло сражение, но оружие применялось более тяжелое.

В стенах и потолке зияли огромные пробоины, местами еще дымившиеся. Возле дальней стены горела лежавшая на боку шагающая машина.

Еще две таких же, носились вокруг малой постройки и били из автоматических пушек по более мелким, но серьезно вооруженным роботам.

В момент, когда эпицентр схватки сместился, Головин вскочил и помчался в сторону замеченного им пролома.

Он удачно избежал рваных краев пробоины, когда вслед ему хлестнула очередь автоматической пушки, однако Головину достались только искры и капли расплавленной теплоизоляции.

Во дворе промышленной зоны тоже стреляли, но пока слабо, поэтому Головину удалось быстро добраться до сорванных с петель ворот, за которыми, всего в какой-то сотне метров, начиналось многорядное шоссе.

Припадая на левую ногу, ранения которой он сгоряча не заметил, Головин побежал к дороге, громко крича и размахивая руками.

Он наделся привлечь внимание, но одни водители смотрели только на дорогу, другие, отдав управление автопилоту, были погружены в просмотр деловых бумаг или новостей.

Шоссе было перегружено и никого не интересовали бегающие вдоль дороги сумасшедшие.

Вдруг, подняв облако пыли на обочине резко затормозил синий внедорожник и Головин с разбегу юркнул в приоткрытую дверь.

– Вы?! – поразился он, когда машина тронулась.

– Вот так встреча! Ни за что бы не подумала, что увижу тебя без костюма и твоей блистательной купе-капсулы.