Точка орбитального удара

Шаттл приземлился на небольшой, заставленной курьерскими судами площадке, и Брейн сошел на бетон, где тотчас был подхвачен очередными встречавшими – двумя крепкими гоберли в летной форме частной компании.

– Сэр, вы лейтенант Брейн? – спросил один из них.

– Да, это я.

– Нас прислали встретить вас и доставить в Трини, в местный полицейский отдел.

– Ага. А далеко это?

– Сорок минут, если над морем не будет встречного ветра.

– А мы полетим над морем?

– Так точно. Это самый короткий путь. Но это не совсем море, а только залив.

– Тоже неплохо, – кивнул Брейн и пошел за встречающими, радуясь возможности размять ноги.

Идти пришлось недалеко – за очередным забором стояли суда помельче, в основном вентиляторные, исписанные названиями курьерских и развозных служб.

Брейну достался атмосферный шаттл с салоном не больше, чем у микроавтобуса, и с расположенными по бокам корпуса гондолами двигателей. Пилоты заняли место впереди, а Брейн, устроившись на узком кресле, кое-как пристегнулся растянутым ремешком.

Запустились двигатели, и Брейн увидел, как замелькали лопасти утопленных в гондолы вентиляторов.

Один из пилотов что-то забормотал скороговоркой, общаясь с диспетчером. Борту дали «добро», и машина решительно оттолкнулась от земли и стала набирать высоту. Это продолжалось пару минут, затем пилот заложил вираж, и шаттл понесся по выбранному курсу.

Брейн вздохнул и стал смотреть в мутные иллюминаторы. Он уже совсем потерял ориентацию – за время путешествия солнце появлялось то слева, то справа, а теперь и вовсе дело шло к вечеру.

Легкое суденышко подпрыгивало на восходящих потоках, и пилоту приходилось то и дело подправлять курс.

Они летели на высоте около полукилометра, и густые леса внизу сменялись скалистыми пустошами, а те, в свою очередь, сезонными солончаками, появлявшимися там, где море надолго уходило от берегов.

Городок Трини появился неожиданно, когда закончилось длинное болото, над которым кружили стаи птиц – от крупных до совсем мелких, – похожих на раскрашенную цветочную пыльцу.

Шаттл начал торможение, повернув вентиляторную гондолу «задом наперед».

Высота стала уменьшаться с катастрофической скоростью, и Брейн почувствовал неприятную щекотку в копчике, хотя и понимал, что подобные рискованные маневры, скорее всего, обычный маневр здешних асов.

Так и оказалось – стремительное падение было остановлено очередным разворотом вентиляторных гондол, и шаттл заскользил боком, выбирая место для посадки.