Темная эльфийка. Книга 12. Новый Дракон

 – Так кто знает, как там у нас на счет ужина? – спросил он.

Ильма погладив меня, тут же встала и умчалась за двери. Люти и Леон убрали все со стола и дочь после села к нам.

– Похоже маму надо усиленно откармливать, – сказала она шутя.

– Ага, на завтрак баранов подавать, – сказал Эрик.

Мне было не смешно, но я понимала что они просто шутили. В скором нам принесли ужин, дворецкий подозвал нас с Елкой.

– Куда, пусть здесь едят, – нахмурившись сказала Люти.

– Извините, но они тут все извозят, а на конюшне на сене им там будет намного вольготнее.

– Ладно, я тогда пойду с ними, – сказал Лин, помня интерес лорда к дракоше.

Темная душа

Лин.

Ага так я и отпустил их одних. Мне ни чего не оставалось как идти. Я помнил как Ую любит влипать в разные истории.

Взяв свою тарелку, я двинулся за ними. Подойдя к конюшне я почувствовал в ней чье-то присутствие. Не успел я просканировать двор, как из дверей оной, выехал лорд.

Похоже он надеялся застать наших рептилий врасплох, но увидев что я их сопровождаю.

Мне все сильнее не нравилось тут, я уже был готов уйти хоть прямо сейчас.

– Господин Лин, какая встреча, а я вот решил прокатится до гор, знаете ли.

– Замечательно, – сказал я ему, ни на грам. не поверив в его слова.

– Мери откройте ворота, я скоро приеду, – сказал он дворецкому.

Как только ворота были открыты. Он пришпорил коня и выскочил из ворот. Елка и Ую все это наблюдали, на морде Ую я заметил разочарование.

После они втроем последовали в конюшню.

Я переступил ворота, мгновенно оказавшись в закрытом помещении вместе с Елкой, Ую и мистером Мери.

– Что тут происходит? – спросил я у замершего дворецкого.

– Я не знаю, – ответил тот, он явно узнал где мы были.

– Вы что-то ему говорили, на счет кормежки?

– Нет он сам вечером предложил их покормить, я еще удивился, что он уехал, – сказал он и его фигура замерцала, а он сам пропал.

– Добро пожаловать в мою тюрьму, ваши друзья еще не скоро хватятся вас, а я вполне успею исследовать вашего замечательного дракошу.

Я только только материализовал свои два клинка, как Ую дыхнула в стену своим фиолетовым пламенем. Стена подернулась, а голос истерически заверещал.

Она не стала прекращать, а наоборот усилила поток, обдав пол и стены.