0:1 в пользу в(б)реда

Тем паче что сейчас там занято – там поселилась загадка:

– Где же мне найти такие деньги?

Добравшись до дома, невеста, упав на гостевой диван, из последних сил не давала себе упасть духом.

– Бриллианты эти продам! – осенило ту, что к доставшимся от бабушки драгоценностям не пылала ни любовью, ни страстью.

Жалость, конечно, присутствовала, всё ж таки семейная ценность. Однако в сравнении с ценностью своей будущей семьи пусть дорогие, но всё одно побрякушки, явно проигрывали. Успокоившись мыслями, Ангелина Ароновна, сама того не заметив, успокоилась телом.

Вечер лениво сползал с небосклона. Прохожие спешили поскорее запрыгнуть в метро, чтобы там, в усыпальнице свежести, истово мечтать о свободе. В рое осмысленных торопыг протяжно передвигалась неприглядная женская фигура, скомканная в бежевый плащ. Словно кто посреди танцпола, тошнившегося очень современной музыкой, включил старый добрый романс.

– Да что вы, какое по чуть-чуть? – засмеялась Изабелла Игоревна, на корню срубая надежды Бореньки на глоток шампанского в честь бракосочетания. – После операции вы будете пожизненно принимать лекарства, которые абсолютно не сочетаются с алкоголем.

– Пожизненно? – округлила глазки Ангелина Ароновна.

– Совсем-совсем не сочетаются? – надул губки Александр Александрович.

– Совсем не сочетаются, – медово улыбнулась врач.

Без двух недель жена крепко сжала пластмассовые ручки опустошенных авосек. Совсем не злило, что на её вопрос Изабелла Игоревна так и не ответила. Вызывало негодование то обстоятельство, что теперь она снова невеста с неизвестной датой выданья. Ведь тогда очень неприятно раскрылись подробности реабилитации, смеющей простираться ажно до полугода.

– Три месяца так точно, – подбодрила Изабелла Игоревна, раздражающе скалясь.

– Три месяца?! – выдохнула Ангелина Ароновна.

– Три месяца, – протянул Александр Александрович. – А есть мне что-то можно будет, кроме таблеток?

Медовая врач оглушила кабинет звонким хохотом. И не сколь громок был её смех, сколь уничижителен. Геля Штерн не помнила, как распрощалась с женихом и его «докторшей». И прощалась ли? Разгадал ли Боренька в её холодном «позвони, что привезти» горячее желание новой встречи?

Сильно-сильно хотелось домой.