Тайный друг ее величества

К удивлению Каспара, капитан прошел мимо входа в жилые покои замка и двинулся к большому флигелю.

Возле его двери стояли на карауле двое гвардейцев. Заметив капитана, они вытянулись, поскольку этот служака был особенно придирчив. Один из гвардейцев распахнул перед капитаном дверь, и они с Каспаром прошли внутрь, но не успели сделать и нескольких шагов, как от стены к капитану шагнули двое в широкополых шляпах и один из них приставил к горлу офицера тонкий меч.

– В чем дело? Я капитан Престон, герцог знает меня!

– Гвардейцам сюда нельзя, – с расстановкой произнес один из солдат, у него был нездешний акцент.

– Но позвольте, я капитан Престон… – не сдавался офицер.

– Что здесь происходит? – раздался чей-то скрипучий голос.

Солдаты разом отпрянули к стенам, и между ними появился сутулый человек с длинными, до плеч, седоватыми волосами. Он был в мундире из дорогого сукна хорошей темно-серой окраски – уж в этом Каспар разбирался.

– Этот гвардеец, ваше сиятельство, хотел пройти…

– Ваше сиятельство, мне было приказано доставить сюда наемника Фрая с семьей, а мне не разрешают…

– Это Фрай? – перебил капитана граф.

– Так точно, ваше сиятельство.

– А где семья?

– Во дворе, ваше сиятельство.

– А велика ли семья? – не сводя серых, чуть навыкате глаз с Каспара, спросил граф.

– Двое детей, ваша светлость, мальчик и девочка, и еще жена.

– Хорошо, капитан, можете быть свободны, я сам провожу Фрая к герцогу.

– Но мне… – начал было Престон, желая лишний раз напомнить о себе высокому лицу.

– Уберите его, – отмахнулся граф и, повернувшись, двинулся по коридору.

Каспар пошел за ним, с интересом рассматривая нездешнего фасона сапоги графа – на высоком каблуке и с широкой серебряной пряжкой спереди.

За поворотом оказалась каменная лестница, возле нее еще двое солдат в шляпах. Они стояли не шелохнувшись, так что их можно было принять за изваяния.

На втором этаже снова оказался коридор с деревянными полами и простыми выбеленными стенами.

Возле одной из таких дверей стояли двое часовых – все в тех же серых мундирах, гвардейцам тут не доверяли.

Граф сам открыл дверь, и Каспар, следуя за ним, вошел в большую комнату, обставленную без излишеств.

Здесь были все те же побеленные стены, украшенные несколькими гобеленами и подвесными подсвечниками.