Тайна Синих лесов

– Еще одна труба – это я понимаю, будет лишний выстрел. Но зачем нужна эта штука позади трубок? – поинтересовался Каспар.

– Теперь дротики не нужно вставлять в трубки! – произнес гном торжественно. – Достаточно поменять вот этот барабан! Всего таких барабанов, я назвал их «обоймы», четыре штуки, и, кроме того, когда вы оттягиваете вот этот рычаг, чтобы сменить барабан, пружины взводятся сами. Теперь «Железный дождь» будет готов к бою через минуту.

Гном с изрядным усилием, отчего весь покраснел, сменил барабан.

– Вот и все, ваша милость.

– Ну а как из него теперь стрелять?

– Точно так же, ваша милость. Пружины я поменял, механизм почистил и смазал, так что будьте покойны – врагам не уйти!

Боло прицелился в специально подготовленный для демонстрации лист железа и начал стрелять.

Дротики один за другим вылетали из трубок, с грохотом пробивали лист и застревали в установленной позади трехдюймовой доске.

– А теперь меняем обойму, – Боло щелкнул рычажком, извлек барабан и вставил на его место новый, из отверстий которого хищно выглядывали наконечники дротиков.

– Это точно, – согласился Каспар. Новинка ему понравилась – раньше «Железный дождь» в бою можно было применить только раз, на перезарядку времени не хватало. Теперь этот недостаток был устранен. – Сколько ты хочешь за эту работу, Боло?

– Ваша милость, всего лишь двести золотых. – На лице гнома появилась умильная улыбка.

– Хорошо. Давай сюда перо – напишу распоряжение в банк Генрика Буклиса.

Бумагу и перо гномы принесли тут же, а подписанный Каспаром листок приняли с величайшей осторожностью. Еще бы – он стоил целую кучу золота.

Закончив дела, Каспар Фрай покинул мастерскую Боло; его пояс оттягивал тяжелый кобур с «Железным дождем», в руках он нес коробку с запасными обоймами.

9

В день отъезда Каспар поднялся до рассвета. Хотя сон его и был краток, он чувствовал себя будто конь, простоявший зиму в тесной конюшне, а теперь увидевший бескрайнее поле.

Целых полтора года он вел жизнь добропорядочного горожанина, но с сегодняшнего дня ему предстояло вернуться к тем временам, когда ежедневно приходилось рисковать жизнью, и не всегда за золото, бывало, что за серебро, а то и за медь.

Вместе с мужем поднялась и Генриетта. Накинув на плечи платок, она стояла в дверях и смотрела, как он одевается.

– Обязательно вернись, – приказным тоном сказала она, когда Каспар застегнул пояс.