Стрела Габинчи

9

Дирк оказался прав: в Королевской роще оказалось куда лучше, чем в третьесортной городской таверне. Вокруг пели птицы, на опушках цвели травы, а над ними вились пчелы и порхали бабочки. Даже то, что приятелям пришлось отмахать полторы мили, не смогло испортить праздничность окружающей обстановки.

– Вот здесь, под кусточком, мы и расположимся, – предложил Клаус, и компания стала устраиваться, пригибая траву и разгоняя муравьев.

– Ох! А мне-то на земле сидеть трудно будет! – пожаловался Ригард.

– Корягу возьми, вон там валяется, – посоветовал Эдгар, доставая из мешка подарки трактирщика.

– А что это там? – удивленно спросил Дирк, поворачиваясь в ту сторону, откуда донеслись топот и звон упряжи.

– Дорога рядом, – пояснил Клаус, вынимая початок из кувшинного горлышка.

Он понюхал содержимое и кивнул:

– Неплохо пахнет, вот только чашек у нас нет…

– Из кувшина похлебаем, не маленькие, – сказал Дирк и стал разрывать хлеб руками.

– Стой! Стой, тебе говорят! – одернул его Эдгар.

– Ну, – Дирк пожал плечами. – Я же не знал. Режь ножиком.

Клаус сорвал несколько лопухов и разложил их вместо тарелок, а Эдгар начал резать хлеб и соленые огурцы, раскладывая их на лопухи и добавляя к ним жареное мясо.

– Ишь ты, не пожадничал трактирщик, – заметил Дирк.

Из леса вышел Ригард, волоча упавшее дерево. Дирк рассмеялся.

– Я на другое бревно показывал, Румяный!

– Неважно, мне и это сойдет, – ответил тот, бросая на траву свою «скамейку», с которой посыпались труха и прятавшиеся под корой жуки.

Хоть и с трудом, Ригарду удалось все же усесться на бревно так, чтобы не беспокоить распухшую после недавнего укуса ягодицу.

– А ты-то как, Клаус? – поинтересовался Эдгар, тщательно вытирая о лопух свой нож.

– Левая рука едва двигается, и шея немного распухла, но ходить это не мешает.

– Дорого достались вам эти крейцеры, – заметил Дирк, подцепляя кусок огурца.

– Куда? Куда понес? – одернул его Эдгар. – Не жри перед выпивкой, а то хмель не проймет!

Он подал кувшин Ригарду, как самому пострадавшему.

– Начнем с тебя, Румяный. Приступай.

Ригард принял кувшин и, собравшись с духом, сделал три больших глотка, а затем передал кувшин Клаусу.

– Ну как червивка? – спросил его Эдгар.

– Ничего, сладкая даже, – сказал тот и потянулся за хлебом.

– Эй, слышите? Опять стук да топот! – заметил Дирк.