Союз стального кольца

Подруги застыли в групповом объятии, как три нимфы в центре фонтана, а потом разлетелись, каждая в своем направлении.

4. Побег

Паша сидел за столом, погруженный в свои мысли. Сегодня все собрались на воскресный обед в честь приезда бабушки. Это была мама Пашиного отца и поэтому обстановка за столом была довольно натянутой, так как бабушка для всех, кроме Паши, была чужим человеком. Мама Паши, чтобы разрядить обстановку, начала рассказывать нелепые истории о том, как она со своим новым мужем пытается сделать из Павла хорошего человека, умного, спортивного, трудолюбивого, а главное, дисциплинированного.

Паша сидел с красным лицо, уши его горели, комок стоял в горле, потому что из всего сказанного, по его мнению, правдой было только то, что они его муштровали неустанно. Просыпаясь ранним утром, он должен был идеально убрать свою комнату, дальше следовала мини-тренировка, которая для слабого физически Паши была настоящей пыткой: десять подтягиваний, тридцать отжиманий, пятьдесят приседаний и сто прыжков через скакалку, и все это под строгим наблюдением отчима, и завершало этот марафон ледяное обливание.

– Пашенька, что же ты молчишь, расскажи бабушке, какой мы тебе подарок сделали на день рождения, – сказала Валентина Ивановна со странной интонацией в голосе, как будто она просит прощение за что-то.

– О да, бабушка, забыл сказать, они мне подарили смартфон с «ограничениями».

– С ограничениями? – удивилась Мария Степановна.

– Ну это я его так называю, – наигранно засмеялся Паша, – а по сути, бабушка, это так называемый «родительский контроль», который устанавливают детям, чтобы ограничить доступ к разным неблагонадежным сайтам. Но они не догадываются, что я уже не ребенок, и могу отключить все это, и сейчас не боюсь об этом заявить, потому что я принял решение, что больше не останусь здесь.

Паша выпалил все это громко, в конце перешел на крик с тенью легкой истерики в голосе. У всех присутствующих на лицах появилось выражение недоумения, еще не до конца поняв сказанное, все сидели молча, а Павел тем временем, не спрашивая разрешения выйти из-за стола, пулей умчался в свою комнату.