Желание Тигра

Возвращала души в телах оборотней просто потому, что при жизни что-то не устроило ее долбаное величество.

Сталкивала с сужеными в те моменты, когда это было нужно меньше всего!

Заноза такая мягкая, открытая, смелая. Безрассудная.

И знак тигриной метки у нее под грудью – как клеймо. Немой упрек и напоминание для меня, что ничего в этой жизни не дается просто так. И что избавиться от пристального внимания Галакто так же невозможно, как в спину себя укусить.

И я не знал, что делать дальше.

Точнее, я знал это слишком хорошо, но в голове не укладывалось все то, что произошло за каких-то пару дней.

Я встретил совершенно невыносимую, безрассудную дикарку, готовую пожертвовать собственной свободой, только бы спасти абсолютно чужого человека. Врага и похитителя.

Встретил ту единственную, что могла бы избавить меня от проклятия.

И теперь я должен был отдать ее мадже, потому что в противном случае потерял бы дочь.

Это невыносимый, чудовищный выбор – и я не мог с ним справиться, не способен был объять его рассудком.

Он казался огромным, всепоглощающим, как ночь вокруг; и в отличие от реального мира, где звезды и луна разгоняли даже самый плотный мрак, ко мне озаряющее решение не приходило.

Хохот, едкий и злой хохот рвал мне легкие, а я не стал его сдерживать. Рычание вперемешку с всхлипываниями неслось прямо в небо, а вокруг шуршали песчаные волны и яростно бились о борт корабля.

Положив руки на штурвал, я сжал пальцы и очнулся, только когда треск древесины резанул по ушам.

Когти вошли глубоко и оставили за собой внушительные борозды.

В горле встал противный, горький ком, на языке перекатывался привкус странного зелья, которым напичкала меня Заноза, и возбуждение никуда не делось. Оно просто откатилось назад, спряталось для того, чтобы запустить раскаленные иглы мне в позвоночник при первой же возможности.

Проклятая травница!

Уперевшись лбом в теплое дерево, я попытался дышать глубоко и медленно, чтобы хоть на секунду погасить бушующее под кожей пламя.

В голове снова и снова крутился образ девчонки, что так доверчиво жалась к груди и пыталась прикрыться рубашкой, даже не понимая, что делать дальше и как все это пережить.

Сердце ударилось о ребра с такой силой, что я невольно застонал. До стены было еще далеко, и еще дольше – до Ан-Салах.

Маджа не устанавливал никаких временных рамок, но только дурак бы подумал, что поиск целительницы можно тянуть до бесконечности. Нетерпение правителя было слишком очевидным.