Секретный удар

Поэтому Моран, чтобы не привлекать внимание операторов, добрался до авианосца за сорок минут, хотя мог сделать это значительно быстрее.

Посадочный манипулятор захватил машину бригадира в портовые крепления, а затем хвостом вперед вогнал в открывшуюся стартовую шахту.

Револьверный механизм шахты провернулся на несколько позиций, и истребитель оказался в залитой светом перезарядной ячейке.

Мысленным импульсом бригадир поднял колпак кабины и легко выбрался на крыло. При «мелкой» посадке, когда его системы не совмещались с системами управления истребителем, посторонней помощи ему не требовалось.

Другое дело – «глубокая» посадка, которая использовалась для боевой работы. Тогда пилот-реконструктор становился частью тандема с общей нервной системой из оптических волокон и омываемой активной жидкостью сетью кровеносных сосудов. Датчики истребителя составляли зрение реконструктора, работавшее в спектрах сотен различных природных излучений и техночастот, а потому для боевого тандема не существовало неудобных целей.

Моран, спрыгнув с крыла на пол, сбросил уже ненужный ему плащ и направился к выходу. Определив, что в боксе реконструктор, судовой чип-оптимизатор сократил освещение до минимума, поскольку таким, как Моран, свет был не нужен.

В длинном коридоре бригадира встретил главный механик.

– Какие распоряжения, сэр? – спросил он, глядя с полнейшим равнодушием на собранное из блоков существо, казавшееся без черного плаща абсолютным уродом.

– Полная заправка, Линд.

Сегодня нам предстоит настоящая работа.

– Слушаюсь, бригадир.

Как только Линд шагнул в бокс, сейчас же зажглось яркое освещение.

Бригадир Моран добрался до своих апартаментов и вошел в большое помещение, по периметру которого на специальных стендах висели его боевые товарищи.

Их тонкие живые веки были прикрыты фасеточными экранами, по лицевым мышцам пробегали судороги, которые вызывались специальными разрядными устройствами. Таким образом остававшиеся у реконструкторов живые ткани поддерживались в необходимом тонусе.

Моран прошел на свое место и, устало повращав плечевыми шарнирами, встал спиной к стенду. Как только стыковочные соединения плотно вошли в крепежные гнезда, стенд поднялся, и Моран свободно повис, расслабив механические и живые члены.

Веки бригадира опустились, однако он все еще видел экран, на котором отображались и характеристики его собственных составных частей, и ситуация на театре военных действий.