Камилла

Это мама, исказив лицо, свирепо колупнула ее ногтем, словно пытаясь пробуравить в спине дырку и яростно шепнула, словно плюнула:

– Чего расселась? А ну живо неси чай дорогим гостям!

Тяжко вздохнув, сгорбив спину, Камиля пошла в кухню, еле волоча ноги и шаркая ими по полу, словно старуха, отчего почти сразу услышала вслед задумчивое, от тетушки Фирдаус:

– Что-то как-то выглядит ваша Камилечка нездоровой?

– Что вы, она здорова как лошадь! – ответила мать.

– Чай, – с ненавистью оскалившись, разозлилась Камиля.

Запарив гостям в чайничке мочегонный сбор, вперемешку с травяным слабительным, девушка подкрасила полученную жижу чайным пакетиком "Нури".

– Вот и чай, – любезно сунула она по чашке каждому гостю в руки.

"Жених" пренебрежительно улыбнулся, показав ряд кривых зубов и Камиля отвернулась, тарабаня пальцами по столу. Она чувствовала на себе хищный взгляд этого уродца и его не менее уродливой тетки.

Ну все.

Теперь полдеревни над ней потешаться будут. У всех женихи как женихи, а у нее – как обычно, курям на смех. Бедность, будь она неладна!

Мать вырастила Камилю и двух сестер одна, на зарплату уборщицы в магазине. Семья, состоящая из одних женщин, жила, считая каждую копейку. Камиле, как старшей, приходилось выполнять по дому всю работу, плюс помогать матери мыть пол в магазине.

А теперь, когда Камиля заканчивала одиннадцатый класс, мать озаботилась поисками ей жениха.

– Мне помощь нужна! Устала я вас троих в-одиночку тянуть, поэтому выходи-ка ты поскорее замуж!

– Но я не хочу замуж! Мне всего семнадцать, вся жизнь впереди! Я хочу учиться в педагогическом институте, все учителя в школе говорят, что с моими оценками несложно будет поступить на бюджет! – воскликнула с обидой Камиля, – Я сама поступлю, мама, ни копейки у тебя не попрошу! Работать пойду, в общежитии жить буду, тебе не придется за меня беспокоиться! Ну пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, мамулечка? – пыталась урезонить родительницу дочь, однако та была неумолима.