Слуги этого мира

 – Однако, если вас это успокоит, будьте уверены, что в ваших силах все исправить.

Помона не сумела удержать истерический смешок: больно уж все происходящее начинало походить на безумную шутку.

– Покажите мне хотя бы одного поселенца, которому была бы не безразлична судьба Пэчра так же, как и мне. Вы думаете, я одна такая?

Страж помотал головой – мол, не понимает.

– Думаете, – не отступала Помона, – можете взвалить такую большую ответственность на кого попало? Вы не в себе. И именно это может нас погубить.

– Не сегодня, – повторил Страж строже. Его кулаки сжались. – Мы не просто так тянули с выбором столько лет. Вы должны это понимать, как и то, что никто не ждет от вас немедленного вступления в должность. Посредником нельзя родиться, и мы сделаем все возможное, чтобы помочь стать им тому, у кого есть верные задатки. Вы все это в силах понять, но не сейчас. Так что возьмите себя в руки, дайте себе время и прекратите позориться.

Помона захлопнула рот так, что щелкнули зубы.

Они смотрели друг на друга в загустевающем молчании. Глаза Помоны были полны самых противоречивых чувств, и нельзя было понять, наливаются они слезами стыда или злости. Взгляд Стража, выражение которого обыкновенно немногим удавалось прочесть, сейчас был полон вполне различимым раздражением.

Помона протянула дрожащую руку к лестнице, и непременно промахнулась бы, если бы Страж со шрамом не перехватил ее ладонь и не положил поверх веревочной ступени. Женщина невольно содрогнулась: ее рука утонула в лапище чудища.

Не сложно было представить, как легко мог Страж при желании растереть ее в порошок.

Страж молча повел подбородком, и Помона полезла вслед за своим устрашающим проводником. Никто из них больше не вымолвил ни слова.

Она осторожно переступала со ступени на ступень и то и дело посматривала вниз, на растущую под ней высоту, и вверх, на Стражей на ветвях. Ноги Помоны путались в юбках, она оступалась. Она думала о том, как круто повернулась ее жизнь, как далеко она оказалась этой ночью от кровати Иды, от обреченных на бессонную ночь родителей.

И о том, не лучше ли будет прямо сейчас сорваться вниз и покончить со всем раньше, чем что-либо успело начаться.

Добравшись до нижней толстой ветви, Помона с ужасом поняла, что не сумеет на нее забраться: руки на подъеме забились. Страж верно истолковал испуг на ее лице. Он воздержался от презрительных комментариев, нагнулся и поднял женщину за руки.