Слуги этого мира

Бледная, подурневшая от переживаемых ею чувств, она вытаращилась на Помону. А секунду спустя зашлась рыданиями, которые подавляла в себе весь день.

Поднялся шум. Все, кому достались стулья, вскочили со своих мест. В погребе стало теснее прежнего, воздуха не хватало. Помона встала со своего места тоже, но ей показалось, что она только сильнее уменьшилась в росте. Она выставила перед собой стул, растерянно глядя на напирающую толпу.

– Как можно ее о таком спрашивать! – охали женщины.

– Такое горе у девушки, а она!.

– Да ей-то откуда знать, что такое девичье несчастье? Ты посмотри на нее, мужиков-то из окон только видела…

– Гектор, – твердо обратился к мужчине Рубен. Его желваки дрожали; на сжатых кулаках вздулись вены. Он держал себя в руках из последних сил. – Я думаю… мы можем продолжить собрание без вашей дочери. Оставайтесь, если хотите, но пусть она уйдет.

– Мы уйдем вместе, – сказал Гектор. Его голос приобрел стальные нотки. Он без страха смотрел прямо в глаза молодому мужчине, который был на полголовы выше него.

Помона с ужасом смотрела на кровожадную толпу, в которую нужно было нырнуть, чтобы пройти к выходу, но Гектор вышел вперед, загородив ее от взглядов-иголок, и вытянул из укрытия. На ватных ногах она последовала за отцом. Но стоило ему затащить ее в толпу, как кто-то изловчился и подставил женщине подножку.

Помона повалилась вперед и вскрикнула, налетев скулой на острый носок женского ботинка. Насколько она могла судить, он встретил ее на несколько дюймов раньше пола.

Гогот был таким громким, что Помона почувствовала от него физическую боль. Раскорячившись на непослушных конечностях, она попыталась встать, но отец тут же развернулся и схватил ее под руку. Он поднял дочь и вскинул свирепый взгляд на подставившего подножку мужчину. Сама Помона не поднимала глаза. Сжав губы в нитку, она прижимала тыльную сторону ладони к кровоподтеку под левым глазом.

– Аккуратнее надо быть, – услышала она грубый голос.

– Ага, – раздался голос справа от нее. Если бы она не знала, что стоит там именно отец, ни за что бы не поверила, что в его тоне может быть столько ненависти. – Хороший совет, Освальд. Постараюсь его усвоить, когда в следующий раз на охоте буду метать нож в первое живое существо, которое увижу. Но ты на всякий случай не мельтеши под ногами.