Слуги этого мира

Помона мысленно поблагодарила его за то, что он приложил все силы, чтобы его тон звучал учтиво.

Однако его вопрос заставил Помону замяться. Она положила руки на колени и сцепила их между собой.

– Я… Страж оставил… меня за дежурную.

– Он ее наказал, – сказала Диана со снисходительной улыбкой, будто Помона должна была поблагодарить ее за то, что она помогает рассказчице собраться с мыслями. – Помона на меня накричала прямо во время урока. И Страж заставил ее остаться после занятий. Это было наказание.

– Спасибо, мы поняли, – сказал Альрик.

По толпе вновь пронесся шепоток. Закусив губу, Помона боязливо поискала взглядом отца, но тот стоял в первом ряду, сложив на груди руки, и смотрел на старшую дочь прямо, без какого-либо выражения. – Хорошо, Помона, ты задержалась в школе. Что произошло потом?

– Потом, – торопливо продолжила женщина, шаря глазами в поисках места, куда обронила свою решительность, – я увидела Рубена, который шел к дому Ханны с брачным букетом. Я… э-э… почти закончила с уборкой, поэтому… все видела.

Она почувствовала, как ее щеки заливает румянец. Диана смотрела на нее смеющимися глазами, а толпа притихла, пожирая ее презрительными и сочувственными взглядами. Еще бы. Все, что оставалось Помоне – наблюдать за рождением семей со стороны.

Гектор сухо кашлянул. Помона вздрогнула и заторопилась продолжить. Ее ноги раскачивались над полом туда и сюда.

– Я увидела, как Рубен подошел к дому. Ну, то есть, перед этим были традиционные… Традиции были соблюдены, в общем.

Рубен звал Ханну, ему отвечала мать невесты и все такое… Вот… Рубен подошел к дому, но остановился у калитки. Страж его не пустил.

Вновь воцарилась тишина. Люди переглядывались друг с другом, а главный герой истории с вызовом оглядывал присутствующих. Ханна по-прежнему смотрела в пол и ежилась, будто в подполе было очень холодно. Она не обращала внимание на руку, которой Рубен обнимал ее.

– Рубен будто не понял, что произошло, – сказала Помона. – Он снова попытался пройти, но Страж его остановил.

А потом, когда Рубен попытался пройти опять… «Пошел вон». Так сказал Страж.

Женщины прикладывали руки ко рту и к груди, будто им было дурно даже от мысли об этом, а мужчины метали друг в друга озабоченные взгляды. Снова поднимался гомон. Помона растерянно смотрела на них, обсуждающих произошедшее между собой, и отпрянула, когда на ноги вскочил Рубен. Он оставил Ханну сидеть одну, и та, лишившись его однорукого объятия, тут же спрятала лицо в ладони.