Случайная любовь босса-вампира

По телу пробежал неприятный холодок. Может, я напрасно высадила её здесь? Стена, окружавшая цеха небольшого комбината, казалась монолитной. До ворот девушке придется долго идти…

Но блондинка вдруг остановилась, коснулась рукой стены… и спокойно прошла внутрь. Проход тут же закрылся.

Я протерла глаза, потом снова взглянула на то место, где стояла девушка. Никакого намека на дверь.

Что происходит? Как ей удалось пройти?

Сделав несколько глубоких вздохов, я попыталась успокоиться, потом провела рукой по стеклу.

«Спокойно. Это просто обман зрения. Люди не могут проходить сквозь стены или бесследно исчезать. Из-за сильного дождя я не могу рассмотреть ворота. Если подойти ближе…»

Если бы не ливень, я бы, возможно, вышла из машины и осмотрела стену. Но, было бы глупо, промокнуть до нитки, только ради того, чтобы убедиться: проход существует.

Посмеявшись над собой, я нажала на педаль газа и поехала дальше.

Глава 2

Выходные пролетели быстро, за привычными хлопотами. Я пропылесосила ковры, вымыла квартиру, сходила в магазин за продуктами. Часть этих дел можно было поручить брату и его жене, но Петя при первых же словах ушел в свою комнату, заткнув уши наушниками от смартфона. Лиза с недовольным видом взяла ребенка и отправилась на прогулку, не забыв отметить, что «она устала, и у не жутко болит голова».

– Интересно, отчего она устала? – проворчала я, убирая пылесос. – Целыми днями сидит дома.

– Лера, не злись, – бросилась на защиту невестки мама, – ты же знаешь, сколько хлопот с маленьким ребенком. Кроме того, Лизочка учится… Вот закончит курсы по маникюру, и начнет хорошо зарабатывать.

Я только вздохнула. Лизу можно было назвать вечным студентом. Она уже окончила курсы массажа, затем парикмахерские. Теперь решила стать маникюршей.

– А Петя тоже устал? – я махнула рукой в направлении двери, ведущей в комнату брата.

– Лера… – укоризненно протянула мама и, повернувшись, отправилась на кухню – готовить обед.

Вздохнув, я принялась протирать тряпкой большое зеркало, висевшее в прихожей. Петр всегда был любимчиком матери. Старший сын, опора и защитник в старости.