Меченосец

Перешагнув через метущего дорожку робота-уборщика, Джекоб вдруг почувствовал удар в спину.

Удивленный, он остановился и, обернувшись, увидел на асфальте шевелящего лапками большого шмеля, который предпринимал тщетные попытки подняться. Приглядевшись, Джекоб понял, что это мини-драггер – насекомое-робот, без жужжания которых клумбы выглядели бы не так романтично.

Спустя минуту Джекоб уже стоял в приемной генерала Реннера, где пахло сегодняшним, вчерашним и позавчерашним диетическим кофе.

Секретарь генерала, которого звали то ли Крейс, то ли Реймс, молодой лейтенант с бесцветным, лишенным эмоций лицом, при появлении майора позволил себе кривую усмешку.

«Наверное, что-то уже знает, мерзавец», – подумал Джекоб и спросил:

– Я могу пройти к генералу?

– Да, сэр. Генерал ждет вас.

И снова эта усмешка. На всякий случай Джекоб посмотрел украдкой вниз, проверяя, не забыл ли он застегнуть ширинку, но все было в порядке.

Джекоб пересек приемную, постучал в лакированную дверь и, услышав «Заходите!», вошел в кабинет.

Генерал Реннер встретил майора коротким взглядом, поднялся из-за стола и развел руками, как будто извиняясь за вызов.

– Вот вы и пришли, майор, – сказал он, как-то подозрительно склоняя голову набок.

– Как только получил приказ, немедленно к вам явился, сэр, – ответил Джекоб, по-своему истолковав слова генерала.

– Проходите сюда, – сказал генерал, указывая на «переговорный» угол своего просторного кабинета. Пластиковая отделка стен в нем была закрыта поддельными гобеленами, а между двумя потертыми креслами располагался невысокий столик на коротких ножках.

Заняв одно из кресел, генерал указал Джекобу на соседнее, тот пристроился на краешке.

Странное поведение генерала вызвало у Джекоба подозрение. Между тем Реннер дотянулся до шкафа и, выдвинув один из ящиков, достал коробку сигар.

– Угощайтесь, майор Браун. Бренди я не предлагаю, мы ведь на службе, а сигару – пожалуйста.

Джекоб не глядя взял первую попавшуюся, а генерал выбирал не спеша, однако Джекобу показалось, что он лишь тянет время.

Наконец сигара была выбрана, но за этим ничего не последовало, генерал продолжал вертеть ее в руках.