Оставь мне музыку!

 – Лезть к любовницам омэйю – глупая затея!

– Да у меня просто в голове не укладывается! Как Кирэй-сама мог позариться на… такое! Ты только посмотри, она же страшненькая! – только распалялся кларнетист, и то, что Лукас предпочёл промолчать, его лишь ещё больше раззадорило: – Я был уверен, что ты с треском провалишься на фестивале! Нет, ну серьёзно, мы же даже хотели сделать ставки, но все выбрали твой провал, так что затея не удалась. А тут на тебе! Эх! Кто-то мог выиграть большой куш. И чем ты только смогла приворожить Кирэя-сама? Все же знают, что он равнодушен к женщинам!

Вирджин удивлённо воззрилась на мальчишку.

Кирэя не интересуют женщины? Судя по его отношению это было более чем заметно, но… тогда зачем он так много потратил на неё? Что-то в этой мозаике никак не хотело складываться.

– Неужто ты и в самом деле на фестивале играла на флейте, как грозилась Ву?

– Какое тебе до этого дело? – внимание мальчишки ужасно раздражало Вирджин.

– Нет, ну правда! Я просто никак не могу поверить! И что ты играла? Песенку Ву?

– Вот ещё, – хмыкнула Вирджин, мысленно поздравляя себя с тем, что ей удалось всё-таки не попасться в лапы этому скользкому гаду.

Ох, её разочарование в нём было настолько велико, что даже воспоминание о его творчестве вызывало волну отторжения.

– Нет? – Кларнетист был явно удивлён. – Сменила после того скандального свидания? У него тогда была такая рожа! Вовек не забыть!

– Вообще-то я и не собиралась играть песни этого омэйю, – холодно ответила Вирджин.

– Тогда что? Что ты сыграла? – продолжал допытываться мальчишка.

– Колыбельная Ки, – сдалась-таки Вирджин, надеясь, что это, наконец, успокоит настырного кларнетиста, но просчиталась. Мальчишка едва не подпрыгнул на сидении. Ответ вызвал ещё большую волну удивления и интереса.

– Ты шутишь? – Он явно отказывался верить в услышанное, и Вирджин откровенно не понимала его реакции. – Нет, ну ты слышал? – Мальчишка вновь повернулся к молчаливому Лукасу.

 – Она сказала, что играла Колыбельную Ки! Это же просто невероятно!

– Да что в этом такого? – не выдержала Вирджин. – Да, произведение написано для скрипки, и мне пришлось совсем немного его изменить…

– Ты что совсем не понимаешь? – резко прервал её кларнетист.

– Да что ты к ней привязался, Джас! – одернул его Лукас. – Да и какая тебе теперь разница!

– Какая разница? – взвился Джаспер.