Представитель

Наконец брякнул первое, что пришло в голову:

– Я это… Я ударился о седло и теперь даже сижу с трудом, не то что…

– Бедняга… – зашелестело по «казарме». – Сидит с трудом.

Кто-то захихикал, а кто-то сочувственно покивал в темноте головой, видимо, имея опыт подобной травмы.

Между тем Тритни была где-то рядом – это ее глубокие и прерывистые вздохи Джо принял во сне за кузнечные мехи.

Он еще не успел снова погрузиться в сон, когда Тритни освободилась и подошла к его кровати. Где-то возле двери горел тусклый светильник, и в полутьме все казалось расплывчатым и таинственным.

– Так что с тобой случилось, милый? – произнесла Тритни, присаживаясь на постель новичка.

– Я… – Голос Джо зазвучал хрипло. – Я болен, мэм…

– Могу я тебе чем-то помочь? – В голосе Тритни слышалась явная насмешка.

– Не сейчас, мэм…

– Ну дай тебя хоть немного потрогать, чтобы лучше понять твою болезнь, – насмешливо произнесла женщина, и ее руки проворно поползли под одеяло. – О, да ты не так уж безнадежен.

Джо закрыл глаза, желая только одного – чтобы Тритни убрала свои бесстыдные руки.

– Ладно, – смилостивилась она. – Могу поспорить, что ты здесь лучший кавалер, но, раз не хочешь, неволить не буду.

Женщина поднялась с кровати и пошла прочь. Потом, остановившись, добавила:

– Учти, новенький, бесплатная неделя пролетит быстро.

«Не буду, – подумал про себя Беркут. – Пошла вон, шлюха».

По правде говоря, Тритни проняла его до самых косточек, и ее дурманящие флюиды заставили Джо сопеть, как паровая машина, но забираться на бабу, когда не прошло и трех дней после гибели его друзей, Джо считал величайшим свинством.

Тритни была видной женщиной, однако память о павших друзьях тоже что-то значила.

Вскоре все разговоры стихли и работники один за другим стали погружаться в сон.

– Одевайся – поговорить нужно.

Беркут сразу узнал мистера Каспара, поэтому без лишних слов поднялся и, одевшись, пошел следом за ним. Они прошли через весь двор и оказались в длинном помещении, разгороженном на стойла для туков.

Хозяин включил свет, животные заволновались, перебирая ногами и с испугом глядя на появившихся не ко времени людей.