Представитель

Он посмотрел на Шило в надежде, что тот все сейчас отменит, однако он только тихо скомандовал:

– Пошли, – и стал не спеша разгонять своего лахмана.

Следом за ним выстроились Кастор и Флорентино, которые тоже вели себя довольно спокойно.

Майку ничего не оставалось, как пристроиться последним, стараясь держать винтовку в одной руке, как это делал Кастор.

Мелкая соляная пыль поднималась из-под копыт туков, и, чтобы защититься от нее, «барсуки» закрыли лица шейными платками. Вскоре четверка бойцов уже мчалась во весь опор, постепенно нагоняя стадо и преследовавших его людей.

Пока что лахман Майка вел себя вполне прилично, если не считать нервного подергивания ушами. Благодаря его легкому бегу Майк держался довольно уверенно, балансируя тяжелой винтовкой.

Вот уже стали отчетливо видны спины преследовавших стадо разбойников. Они были настолько увлечены погоней, что даже не догадывались о приближении опасности.

Наконец Шило поднял винтовку и выстрелил. Один из «собак» – а то, что это были они, не вызывало сомнений – вскинул руки и повис на стременах. Следом за ним полетел на землю второй, потом третий.

Шило, Кастор и Флорентино выстроились фронтом и посылали пули в спины врагов, сбивая одного за другим с обезумевших лахманов.

Не понимая, откуда летят пули, «собаки» принялись стрелять во все стороны, в пыльной пелене поражая своих же людей.

Между тем «барсуки» не прекращали яростного огня и, не тратя времени на перезарядку винтовок, выхватывали пистолеты и продолжали стрелять.

Крики, топот лахманов и частая пальба – все это, словно вихрь, закружило Майка. Ему казалось, что все это сон. Ему было жарко, и он не знал, что делать дальше.

Некоторые из «собак» уже пустились в бега, однако другие, наоборот, приходили в себя и открывали ответный огонь.

– Уходим! – крикнул Шило и дал шпоры своему скакуну, однако в этот момент сразу две пули настигли Кастора, и он вылетел из седла. Перепуганный лахман Майка рванул в сторону и помчался прямо на огрызающихся огнем «собак».

Пули засвистели над головой Майка, и он тоже нажал на курок, однако выстрел ушел в небо, поскольку при такой бешеной скачке прицелиться было невозможно.