Мой любимый пианист

К сожалению, следующие две недели я буду занят делами в Нью-Йорке и Лондоне и не смогу прибыть в Сидней раньше, чем за день до вашего концерта. Сердечно благодарю за твое доброе предложение остановиться у вас, но я предпочел бы пожить в отдельном доме и поэтому остановлюсь в Порт-Макуайр. Я свяжусь с тобой по телефону сразу же, как прибуду туда. Пожалуйста, сообщи мне в ответном письме, устраивает ли тебя такой план, и дай мне ваш домашний номер. Передавай привет маме и миссис Джонсон. Я с нетерпением жду возможности вновь увидеться с ними.

С наилучшими пожеланиями,

Николас Дюпре».

Серина не знала, что сказать. Письмо было исключительно вежливым. Слишком вежливым и несколько напыщенным. Это было не похоже на Николаса.

Может, она сказала своей дочери правду. Прошедшие годы могли превратить его из страстного молодого человека в нечто совершенно иное. В кого-то спокойного, зрелого – и да, доброго. Может, он действительно хочет просто помочь.

Серина попыталась поверить в это, но не могла.

Она знала в глубине души, что его возвращение в Роки-Крик не имеет ничего общего с добротой.

Не то чтобы она верила, будто Николас по-прежнему в нее влюблен. На похоронах его матери он продемонстрировал полное презрение. Но возможно, Ник решил отплатить ей той же монетой теперь, провести с ней ночь, полную необузданной страсти, и бросить…

По спине женщины пробежала дрожь…

Глава 3

Николас забронировал билет на самолет до Порт-Макуайр, который вылетал из Сиднея в восемь часов утра, – его путешествие должно было продлиться всего сорок пять минут.

Ровно в девять Николас уже вышел из аэропорта в Порт-Макуайр, а через пятнадцать минут уже ехал к центру города со всем своим багажом.

– А Порт здорово разросся с тех пор, как я в последний раз был здесь, – заметил Ник, выглянув в окно. – Правда, прошло почти двадцать лет…

– Черт возьми, приятель! – воскликнул таксист. – Повезет, если ты узнаешь тут хоть что-то!

Это было не совсем верно.

«Например, центр города почти не изменился», – подумал Николас, когда они ехали по главной улице. Прямоугольная площадь была все такой же, улицы – прямыми и широкими. Старый кинотеатр по-прежнему стоял на углу… Но повсюду были признаки того, что процветал туризм, – появилось много новых домов, гостиниц, ресторанов и кафе.

В Австралию пришло лето. Николасу уже было жарко, одежда начинала липнуть к телу.