Острова

– Правда, сэр?

– Тсс, тихо, – приложил Кворт палец к тонким фризонтальским губам. – Если он услышит, все может стать еще хуже.

– Да, сэр, прошу прощения, – прошептал Френе, с ужасом посматривая на огромного Луи Олверта, который был так сложен, словно все его предки занимались добычей скального грунта.

– У тебя как с физической подготовкой?

– В каком смысле?

– Хочу заменить тебе мытье гектаров на погрузочные работы.

– О да, сэр, это было бы неплохо!..

– Ладно, считай, дело сделано. Ты, главное, прикидывайся упаковочным пластиком и больше с ним не спорь.

– Спасибо, сэр!

– Спасибо скажешь, если он ничего не заметит и не выбросит тебя за борт. Вот тогда и поблагодаришь.

33

Несмотря на то что сам приказал практиканту опустить бронежалюзи, капитан Кворт снова открыл их и увидел отходящие от борта штурмовики. Форсажные струи самых первых из них уже полыхали далеко впереди.

– Разве можно выполнять перехват на «шершнях», сэр? – спросил подошедший сзади Френе.

– Согласно боевому уложению, нельзя, но ракеты им под брюхо тоже кто-то цеплял.

– Я видел их ракеты – «эрхо-два», перехватывают цель в трех режимах.

– Ну, а чего тогда спрашиваешь?

– Можно честно, сэр?

– Ну, разумеется.

– Мне немного не по себе.

– Трусишь?

– Есть немного. Оттого и гнусности говорил, хотел поддержать себя.

– С гнусностями – это к Олверту, он по гнусностям эксперт.

Первый помощник на эти намеки никак не реагировал, поскольку следил за показаниями радиолота.

– Что там, Луи?

– Похоже, правда, что-то сюда прет…

– Эскадрилья муглов?

– Может, эскадрилья, а может, одиночная торпеда.

– Торпеда на сверхмаршевой скорости?

– А почему нет? Рванет в сотне миль от нас, а посудина расползется на молекулы в течение часа.

Кворт вздохнул.

– Вот ведь мерзость какая, раньше все было как-то честнее, ударили из пушек, корпус в клочки, а ты им ракетный залп в ответ. Но все наглядно, открыто. Я когда лейтенантом на «Эркандере» служил, такого насмотрелся – на сто лет жизни хватит! Но и там все по-честному было, никакого тебе сверхмарша! Свистели осколки, и были все ужасы разгерметизации, но чтобы такая пакость, как молекулярная дефрагментация, причем в тот момент, когда ты и думать о ней забыл…

– Я вижу «шершни», они возвращаются! – сообщил Френе.

– Я тоже вижу, – сказал капитан. – А что зенитчики, они в курсе?

– Полагаю, что да, у них с летчиками один начальник – майор Лаври Гринн.