Основной рубеж

Они работали под моим началом еще в порту Кириоса, оттуда я их и переманил. Не поверите, за одну смену они могут перекидать четыре сотни контейнеров…

– В работе просто звери… – понимающе закивал Корсак. – Ну что, пойдем посмотрим основной товар?

– Да, идемте, – согласился Брандт и пошел первым среди громоздившихся под самый потолок контейнеров.

– Я вижу, у вас тут и кобальт водится, – заметил Корсак, указывая на контейнеры с закругленными углами.

– Да, и в немалых количествах. Иногда скапливается до восьмидесяти тонн…

– О, какие же это деньжищи! – восхитился Корсак.

– Это люди «Кентавра» промышляют… – демонстрируя осведомленность, обронил Брандт.

– Серьезные ребята. Где же они его ухитряются брать?

– Ясно где, на государственных складах. У «Кентавра» везде подмазано. Я слышал, что одно время ему разрешали поставки сверх государственных квот… Ну вот и ваш товар. – Брандт остановился возле высокого штабеля зеленых контейнеров. – Какой будем смотреть?

– Вот этот.

– Одну минуту, я только принесу лестницу, – сказал начальник склада и исчез. Он появился через две минуты, неся раскладную стремянку.

Брандт и Корсак взобрались по ней на второй ярус и подошли к выбранному контейнеру.

Начальник склада сорвал пломбы и открыл створки. За ними оказались еще одни, но они были герметично запаяны. Определить состояние содержимого контейнеров можно было только через смотровые окошки. К одному из них и припал Брандт.

– Почти ничего не видно. Нужно включить освещение… – Он привстал на цыпочки и дотянулся до высоко расположенного тумблера. – Теперь другое дело, – сказал он, снова припав к окошку.

Бенджамин Корсак не любил подобных зрелищ, но работа есть работа, тем более если за нее хорошо платят. Он приблизился к смотровому окошку и в слабом зеленоватом свете увидел знакомую картину: подвешенные на ремнях тела с неестественно запрокинутыми головами. В раскрытые рты вставлены трубки для подачи смеси инертных газов.

– Сколько их здесь? – спросил Корсак.

– По документам пятьсот штук…

– Как они ухитрились втиснуть столько? Ведь раньше было, кажется, триста?

– Да, триста. А теперь пятьсот… Наверное, уменьшили их объем.

– Как?

– Ну, например, обезвоживанием. Подсушили в вакууме – и готово.

– Несколько вешалок пустые… – заметил Корсак.

– Да, несколько штук всегда распадается, но здесь все в пределах нормы.