Охотники за головами

Он подтянул крепление шлема, проверил гранаты и на всякий случай взялся за торчавшую из стены скобу.

Однако удара не последовало. В коридоре опять послышались шаркающие шаги пехотинцев и жуткое клацанье идущего робота. Развязка приближалась.

Неожиданно «Манила» стала крениться на правый борт. Движение в коридоре прекратилось. Через несколько секунд грузовик начал возвращаться в исходное положение, но проскочил точку равновесия и теперь уже сделал резкий крен вправо.

Джим отчетливо услышал, как робот грохнулся на пол, а затем послышался крик Боби Реслера:

– Поберегись! – Это он предупреждал своих, чтобы не высовывались.

Хлопнул гранатомет. Выстрел снова оказался удачным. Теперь уже все «старички» выскочили в коридор и, скользя по наклонной поверхности пола, начали атаку на сбившегося в кучу противника.

«К-45» делал отчаянные попытки встать на ноги, но только давил своих солдат, и они дико кричали, когда он ломал им руки и ноги.

Вскоре совместными усилиями удалось заклинить роботу оба пулемета, разбить его гранатомет и перебить гидравлические шланги.

«К-45» еще дергался, но по мере того, как из него вытекала рабочая жидкость, терял подвижность и лишь бессильно щелкал электрическими расцепителями.

– Паризи остается. Остальные вперед, – скомандовал Форш, и его отряд двинулся дальше.

Сопротивления они не встречали. Случайно попадавшиеся им люди являлись обслугой судна и испуганно поднимали руки, с готовностью указывая дорогу к капитанской рубке.

Передвигаться по кораблю было нелегко. «Манила» еще покачивалась и почему-то никак не могла выровняться.

– Должно быть, гироскопы слабые, – высказал предположение Ник Дилонги, когда грузовик в очередной раз стал плавно заваливаться на бок.

Когда Джим и его люди оказались в главной галерее, они услышали свистящий звук, который время от времени переходил в противный скрежет.

Одна из боковых дверей оказалась распахнута, и, судя по всему, источник шума находился именно там. Запах горячего железа и подгорающей смазки говорил о том, что это машинное отделение.

– Все, сейчас последний накроется! – послышался хриплый голос, и из машинного отделения выбрался человек, источающий букет из выпитого еще вчера и уже сегодня.