Охотники за головами

 – Ух ты, смотри, Лу, он опять начал…

– Кто «он»?

– Четвертый объект.

Кривая отвода тепла от четвертого объекта резко поползла вверх. Пока что автоматика сама справлялась с регулировкой, но кривая приближалась к критическим значениям, когда необходимо было переходить на ручное управление. Оператор открывал заслонку, и пары перегретого хладагента, не возвращаясь в теплообменник, выбрасывались за борт. Это был расточительный метод, зато очень эффективный.

– А эти трое – спокойные ребята, – заметил Броун, тыча пальцем в характеристики остальных объектов.

– Не трогай пальцем экран, Лу. Сколько раз я тебе говорил… После этого остаются жирные пятна…

– Ой, ну ладно, Нат, не ори, как будто я схватил тебя за задницу.

– А я и не ору.

– Орешь.

– Пошел вон.

– Сам пошел.

Напарники замолчали, и несколько минут было слышно только попискивание приборов да шелест самописца, заготавливающего копии графиков на бумажной ленте.

– Слушай, Лу, – первым пошел на мировую Шуйски.

– Ну…

– А почему ты называешь эти объекты «ребятами»?

– Не знаю, – пожал плечами Броун.

– А ты не думал, что это за объекты на самом деле?

– Едва ли это хорошая тема для разговора, Нат. Такие рассуждения не входят в наши обязанности.

– Да неужели тебе неинтересно, откуда берутся эти бесконечные выбросы тепла? – удивился Шуйски.

Броун вздохнул. Потом неожиданно улыбнулся и сказал:

– А ты спроси у Магнуса, он наверняка все знает.

– Не думаю… – возразил Шуйски. – Настоящих знающих на борту «геркулеса» человек пять, да еще десяток в штабе управления.

В этот момент дверь распахнулась, и на посту появился Магнус.

Нат и Лу тут же вскочили с мест, и старший агент остался доволен произведенным эффектом.

– Сэр, за время нашего дежурства… – начал было Шуйски, но Магнус остановил его жестом:

– Потом, дорогой, потом… Я пришел не для этого. Я пришел, чтобы сказать вам – ваши часы действительно опаздывали на минуту и пятьдесят восемь секунд.

Магнус почти приветливо улыбнулся, чтобы дать возможность операторам расслабиться.

– Но на этом все хорошее заканчивается, дорогие мои. Я вызвал специалиста, мы проверили ваши часики, и оказалось… – Старший агент снова улыбнулся, едва сдерживаясь, чтобы не щелкнуть зубами. – И оказалось, что там скручены два проводка.