Один в поле воин

Я сказал, тебя копы забрали, они и умелись. Такие дела.

Приятели посидели ещё с полминуты молча, каждый думая о своём.

– Эй, а чего же мы загрустили? – произнёс вдруг Фредди и, поднявшись, снял с полки два мутных стакана, в которые разлил чучу. А потом, обжигаясь, сразу выпил полстакана.

Головин сделал только небольшой глоток.

– Ой, как по жилам побежало! – обрадованно сообщил Фредди. – Я даже вспомнил вот ещё что – тебе на диспикер вызов приходил! Из-за забора! Я побежал, ответил. Тётка какая-то тебя спрашивала.

А тебя как раз увели только что, ну я и не стал ничего рассказывать, сам ничего не знаю, поэтому сказал, что ты ушёл куда-то и пусть перезвонят позже.

– Из-за забора, так там, небось, мне денег насчитают! – забеспокоился Головин.

– Не насчитают, звонок был за счёт вызывающего абонента. Ты забыл, что я сам тебе эту фичу на диспикер пропихивал?

– Ах да, точно, совсем забыл, – кивнул Головин, – не представляю, кто мог позвонить. Родители пишут мне через «армптекст», так дешевле всего.

В этот момент из комнаты Головина послышался сигнал диспикера.

– О, это, наверное, то самое! – воскликнул Фредди и стал торопливо допивать чучу, словно ему нужно было срочно уходить.

Головин вскочил и, выбежав к себе, схватил со стола мигающий диспикер.

– Алё, Маркуша-детка, я тебя сразу узнала!.. – зазвенел в трубке чей-то пронзительный голос.

– Кто это? – спросил Головин.

– Ну, как же ты не узнаёшь свою тётю Элли? – в голосе послышалась обида.

– А, тётя Элли! Это так неожиданно! А почему вы звоните, что-то случилось?

– Ничего такого не случилось, если не считать, что полгода назад я снова вышла замуж.

– А, поздравляю, – сказал Головин. Тётя Элли практически коллекционировала мужей, и в её коллекции их было уже, наверное, с полдюжины.

– Но это так, к слову. На самом деле, Маркуша, я тебе звоню вот по какому вопросу – я с твоими родителями всё обсудила, и они не против, если что.

– О чём вы говорите, тётя Элли?

– Маркуша, детка, я ещё тогда говорила твоей маме, что тебе не место в этой курсантской школе или как там это у вас называется.

Ты хорошо рисовал, тебе нужно было идти в художественную школу, у меня ведь тогда там были хорошие связи. Мой тогдашний муж Горан, если ты помнишь, был довольно заметной фигурой в среде почитателей искусства.

– Я совсем запутался, тётя Элли, зачем вы мне позвонили?

– Экий ты недогадливый, Маркуша. Я нашла тебе хорошее место. Помощником одного состоятельного человека.