Меч, дорога и удача

Герцог не любил невезучих, и еще он не имел привычки оставлять в живых слишком информированных о его делах людей.

– И все же, Генриетта, – заметил Каспар в ответ на наставления своей экономки, – я наведаюсь в свой тренировочный зал…

– Не ходите, ваша милость. Вы еще слабы и зашибете себя до крови этим страшным драконом…

– Ты хотела сказать – «петлей дракона»?

– Да, «петлей дракона», будь она неладна.

– Не бойся, Генриетта, пока я не встану на ноги как следует и не обрету былую форму, я к «петле дракона» и близко не подойду.

На следующее утро, сразу после плотного завтрака, состоявшего из овсяных оладушек со сливками, Каспар пришел в зал.

Во время его почти месячного отсутствия Генриетта поддерживала в зале безупречный порядок. На деревянных брусьях, из которых были собраны тренажеры, хозяин не заметил ни одной пылинки. Все тренировочное оружие – от тупых зазубренных секир и до двуручных мечей – было ровно расставлено вдоль стены, поскольку никакие стенные крюки этой тяжести не выдерживали.

Каспар переобулся в мягкие туфли, надел холщовую простеганную рубашку и решил начать разминку с шестифунтового меча.

Первое упражнение было простым, и Каспар проделывал его на тренажере, называвшемся «каруселью». На «карусели» требовалось ударить по железке, имитировавшей меч противника, и тогда «карусель», совершив оборот, наносила неожиданно резкий и сильный удар закрепленным на цепи ядром. Опасность «карусели» состояла в том, что при разной силе удара ядро выскакивало под самыми разными углами и отразить его было сложно.

Это упражнение помогало отработать быстрый отскок.

Поработав на «карусели» до первой испарины, Каспар перебросил меч в левую руку и продолжил занятия. Когда «карусель» ему надоела, он перешел к «граблям».

На «граблях» после удара по железной подставке требовалось не только уворачиваться от ядра на цепи, но и подпрыгивать, избегая удара по ногам шестигранной дубовой палкой, которая и называлась «граблями».

Примерно через час непрерывных упражнений Каспар, тяжело дыша и обливаясь потом, присел на скамью возле стены.

В этот момент в зале появилась Генриетта.

– Ваша милость, – строго произнесла она, – вы еще слишком слабы, чтобы махать вашими железками.

– Я больше не буду, – ответил Каспар. А затем уточнил: – Сегодня больше не буду… Я размял кости, и этого на сегодня довольно. Чем мы еще с тобой займемся?

– Вы должны принять ванну с травами, ваша милость. А потом я натру вас бальзамом.