Меч, дорога и удача

– Ваша светлость! Прошу меня простить за мой вид, – грустно улыбнулся Каспар. – Встать я, увы, пока не могу…

– Ничего страшного, Каспар. – Герцог сделал рукой в перчатке останавливающий жест. – У тебя уважительная причина.

– Как вы узнали, что я вернулся? Не прошло еще и часа…

– Я… Я прогуливался тут неподалеку, – соврал герцог, досадуя, что вынужден оправдываться перед своим наемником. Лицу его ранга следовало держать свои эмоции при себе и не выдавать нетерпения. – Почему ты не известил меня о результатах экспедиции заранее, как мы договаривались?

– Виноват, ваша светлость, – Каспар устало прикрыл глаза, – но у меня никого не осталось.

– Это случилось у Белой скалы? – спросил герцог, чтобы просто спросить.

В сущности ему не было дела до того, скольких людей потерял Каспар Фрай. Его интересовал только результат – получилось или нет.

– Нет, они подстерегли нас на перекрестке двух старых дорог.

– М-м… Очень жаль. Однако довольно о пустяках, скажи главное – ты привез это?

– Привез, ваша светлость, – ответил Каспар.

Он поставил на столик кружку с горячим вином и достал из-под окровавленной грязной рубашки кожаный чехол, в который был упрятан драгоценный свиток.

При виде этого предмета герцог почувствовал, что теряет самообладание. Ему не терпелось броситься и поскорее посмотреть, тот ли это документ, который заказывал, однако он не хотел показаться смешным перед своими слугами. Господин, лишенный самообладания, – это было бы слишком.

Бросив на слуг быстрый взгляд, он дал понять, что желает остаться с Фраем один на один.

Телохранители герцога немедленно покинули спальню Каспара, плотно притворив за собой двери.

Не опасаясь более выглядеть смешным, его светлость подбежал к лежащему Каспару, выхватил из его рук кожаный чехол и вытащил свиток. Затем развернул его и погрузился в чтение старинных арамейских иероглифов.

И хотя в самом городе Ливене, да и во всем герцогстве по-арамейски уже давно никто не говорил, сам герцог был человеком просвещенным и знал множество языков – и живых, и тех, которые исчезли вместе с говорившими на них народами.

– Ну что, ваша светлость, это оно – то самое «право»?

– Не совсем, однако это тоже очень ценный документ, – сказал герцог, убирая свиток обратно в чехол. – Что ж, ты выполнил свою часть договора, теперь я выполню свою… Рамон!

Дверь в спальню распахнулась, и появился казначей герцога.