Наемник

В качестве транспорта он использовал баржу, везшую брикетированный мусор для затопления в океане. Стеллажи из прессованных кубов, между которыми он сидел, источали нестерпимое зловоние, и ему приходилось прилагать немалые усилия, чтобы этого не замечать.

Вокруг баржи была кромешная темнота, изредка озаряемая огнями встречных судов. Они проходили мимо – большие и малые, каждое со своим мирком, сжатым ночью до пределов рулевых кабин и капитанских мостиков.

Их обитатели разговаривали, курили, пили из бутылок, а он, Клаус Ландер, снова готовился к войне.

Минута за минутой, километр за километром, и скоро даже в полной темноте Клаус стал узнавать знакомые места. Там, где стоял его дом, левый берег был аккуратно подрезан для устройства причала.

По этой примете Клаус определил, что баржа уже миновала его жилище.

Прямо здесь, сейчас, на торфяных болотах прятались враги, которым была нужна жизнь Клауса, но он был далек от паники.

Метров через двести после причала Клаус решил, что пора. Он перелез через борт и, оттолкнувшись от него посильнее, упал в канал.

Вода была теплой и пахла тритонами. Клаус невольно вспомнил морского леопарда, забравшегося в городские каналы.

«Надеюсь, так далеко они не забираются», – подумал он. Плыть в обуви было неудобно, и Клаус больше греб руками. Когда до берега оставалось не более пятнадцати метров, со стороны океана мигнули огни скоростного катера.

Клаус стал грести чаще. Хотя опасность ему не грозила, лучше было не попадать под яркие прожекторы. Он был уже у самых камышей, когда его настиг яркий свет, пришлось срочно нырнуть.

Винты судна прожужжали под водой на высокой ноте и стихли. Лишь тогда Клаус осторожно выбрался на берег.

Найдя достаточно устойчивый пятачок, он сел на мох и занялся одеждой.

Выжав брюки и рубашку почти досуха, Клаус вылил из ботинок воду и вскоре был готов двигаться дальше.

Ориентируясь по растительности, он старался обходить топкие участки и постепенно, метр за метром приближался к дому.

Удобнее всего было скрываться в камышовых зарослях, но их шелест был слышен слишком далеко, поэтому Клаус выбирал места, заросшие осокой. Под ногами слегка пружинил ковер, сплетенный из мха и водорослей, однако в любой момент этот ковер мог прорваться.