Факультет сбора и трансформации

Не переживайте, Лада Викторовна, всерьёз на него никто не претендует.

Спину кольнул острый взгляд, Вянка предпочла переключиться на какую-нибудь более нейтральную мысль. Намекать на роман в преподавательской среде, находясь при этом в одном помещении с участниками сплетни, мог бы только кто-то совсем безбашенный вроде Артура, а Ярычева со своей башней ещё дружила. Даже мысленно. Даже мимоходом и в шутку.

– Отпускай.

Плечи Ярычевой расслабились, волна магии прокатилась от ног, сползая с тела как туман с гор, врезалась в контур сложной фигуры, выжженной на полу.

– Плавно повышай.

Она потянулась к резерву внутри себя, ощущая, как магия просачивается через поры, насыщая пространство вокруг. Кожа покрылась мурашками как от холодного прикосновения. На этой стадии – абсолютно естественное состояние для всех без оглядки на специальность.

– Стоп. Отлично, записал. Следующий круг.

– Я стараюсь.

Костянников подбадривающе улыбнулся, поправляя тускло блестящие магией очки. Вянка зацепилась взглядом за пятно от лопнувшего капилляра, скользнула на записи в руках алхимика, но те были отвёрнуты к мужчине. И попыталась “выдохнуть” как можно глубже. Выдох, правда, был более естественным состоянием для поджигателей, студентов отделения трансформации, а не для собирателей. Тем-то проще было вдохнуть силу. Но получилось с первого раза, загнанные вглубь опасения почти подняли голову, но резерв слишком быстро опустошился, даже в глазах поплыло.

Под коленки ударил стул, падение на который прошло незамеченным. Рассматривающие её Мараева с Костянниковым только переглянулись. Декан кивнула:

– Ну, хоть не обморок, – и выглянула в коридор. – Данковцев, забирай своё сокровище. Накормить, крепким кофе отпоить и спать уложить Можешь стрясти с Тана, который стипендию в этом месяце получил только потому, что ты ему седалище прикрыл.

– А…

– Я прекрасно знаю, как вы пишете бумажки. Идите уже, не тормозите очередь.

Скользнувший в помещение Шед не стал даже дожидаться, пока Вянка сама выползет, просто подхватил подругу на руки, вынося в коридор. Сопротивление и попытки закатывать глаза закончились у лестницы наверх, когда он всё-таки внял бубнежу и спустил Ярычеву на пол.