Командировка

Блок-такси остановилось, Спенсер коснулся платежного терминала и с его счета списалась традиционная такса. Лишь после этого разблокировалась дверь и Джон вышел на тротуар, осторожно переводя дух, чтобы не получить шок от той вони, что исходила от иловых отложений канала.

Из него полностью спустили воду и начали чистку дна, однако вместо обещанной недели это длилось уже месяц и за это время Спенсер смог стать свидетелем того, что находилось на самом дне канала, который не чистили лет пятьдесят.

Велотрайки и металлическая мебель, мода на которую была лет сто назад, оказались не самым интересным, что покоилось в густых илистых отложениях.

Оказывается были времена, когда свои споры бизнесмены решали очень просто и останки многих из них оказались на дне канала, с неизменным грузом на нижних конечностях.

Кому-то не повезло с бетонным блоком, другим крепили на ноги куски сломанной тут же ограды, а иным достались гантели.

Хорошие такие гантели, Спенсер видел из своего окна, как их снимали с костей какого-то бедняги.

У него самого были примерно такие же, он купил их очень выгодно по скидке. Отличные гантели, правда он к ним почти не притронулся. Если не считать случая, когда они напились с одним приятелем и приехали из ресторана к Джону домой, специально чтобы померяться, кто лучше качает бицепс.

Спенсер шагал вдоль канала, изредка поглядывая вниз, где на глубине пятидесяти метров самозабвенно перелопачивали слизистую грязь роботы-чистильщики, похожие на каких-то мерзких жуков.

Они монотонно загребали своими лопастями жидкую жирную грязь и проталкивали ее по длинной прозрачной кишке куда-то в сторону Центрального вокзала. Кишка тянулась очень далеко.

"Зачем было рыть такие глубокие каналы?" – думал Спенсер шагая к перекрестку, где его ждала заветная бутылочка "коки-пайн". Где-то в глобальной сети он видел города, окруженные мелкими каналами, ну может на два-три человеческих роста глубиной, а тут – пятьдесят метров, а на Вентури-стрит глубина канала, якобы, достигала двухсотметровой глубины.

Отстранившись от этих далеких от профессиональной деятельности размышлений, Спенсер заметил субъекта, который крался по противоположной стороне улицы.

– Вот урод, – произнес Спенсер. Он узнал субъекта, но пока решил не обращать на него внимание.