Наше единственное лето

 – Я тоже сломал голову, думая, что скажу тебе при встрече, а когда увидел тебя, не решающуюся войти в класс, причем явно из-за меня и нашего недопоцелуя, меня осенило: значит, ей тоже не все равно, значит, она тоже вчера думала обо всем этом… – Саша помолчал. – Я не знаю, что происходит между тобой и Шустовым, и это меня дико бесит, но я, черт возьми, пять лет сохну по тебе! Пять лет! И мне плевать на него, я не собираюсь уступать ему тебя просто так. Обломится!

Саша замолчал и отвернулся, а я пребывала в полном шоке! Во-первых, мне только что «признались в любви», и это было неожиданно и волнительно, а во-вторых, я совершенно не понимала, при чем тут Даня Шустов?

– Потапов, о чем ты говоришь? – мой вопрос прозвучал тихо и неуверенно.

– О том, что теперь буду делать то, что хочу я. И сейчас я хочу встречаться с тобой!

– Что-о-о-о? – судя по интонации, только что подошедшая Таня пребывала в не меньшем, чем я, шоке.

– Пока что нет, но пытаемся. – Саша перешел на свой обычный дружеский тон общения с нашей подругой. Она стояла с вытянувшимся лицом и часто хлопала глазами.

– Вы оба практически встречаетесь, а я впервые слышу об этом? Вы вообще мне друзья? Вы оба с ума сошли? – по тому, как голос Тани становился все выше и выше, а скорость задаваемых вопросов увеличивалась, было понятно, что она обижена и разозлена.

– …до «или» пока не дошло. – Саша повернулся к Тане, прикрыв меня своим плечом. Как же неловко вышло! Пару последних дней я сосредоточилась только на своих эмоциях и чувствах, совершенно забыв о подруге.

– Потапов, только попробуй тронуть нашу Эльку, я убью тебя собственными руками! Не для тебя она, понял! Губу закатай, паршивец! Эльвирка, – Таня называла меня так только когда собиралась сильно за что-то отругать, – ты головой ударилась, что ли? Через пару месяцев ты в Москву уедешь, а он в Питер.

– Таня, прекрати! – я даже не знала, что могу так громко крикнуть. Но слушать дальше, как моя подруга превращает наши с Сашкой хрупкие, скромные и непонятные нам обоим чувства в грязь и пошлость, сил у меня не было.