Наше единственное лето: второй шанс

– Правда? – Даня тут же оживился. – Какая удача! Эй, Потапов, – неожиданно крикнул он, – Элька – моя! Не смей приближаться к ней больше!..

– Черт, черт, черт! – прошипела я и бегом рванула прочь. Ну что за парень, а? А если кто-то слышал? А если Саша нас видел? Хоть в Африку теперь переселяйся…

Страх быть застуканной ночью в пижаме посреди городской улицы, да еще и с парнем, придавал мне сил и выносливости. Я довольно далеко убежала, прежде чем Даня сумел догнать меня.

– Все, малая, остановись! – он тяжело дышал, когда наконец смог поймать меня и крепко прижать к себе.

– Что за ребячество, Даня? – едва переводя дыхание, спросила обиженно я.

Он обнял меня еще сильнее.

– Прости. Не сдержался.

Я развернулась и посмотрела ему в глаза – ни капли раскаяния и сожаления. Только хитрая улыбка и море обаяния.

– Проехали, – буркнула я и выбравшись из его теплых объятий пошагала дальше. Он быстро догнал меня и притянул к себе.

– Мы и суток еще не встречаемся, а ты уже обиделась на меня, – ласково коснувшись моих губ, сказал Даня.

Находясь в такой близи от него, я абсолютно теряла голову. По всему телу пробежала мелкая дрожь, а руки, совершенно не посоветовавшись со мной, нежно обняли его за шею.

– Думаю, стоит…

Коронная улыбка, и губы нежно коснулись моих.

Он целует меня томительно медленно, изучая каждый миллиметр моих губ, чуть касаясь кончика моего языка.

Его руки скользят по моим плечам и спине и замирают в районе лопаток. Мысль – как молния – одновременно пронзает нас обоих: под футболкой на мне ничего не надето!

Вообще-то я в пижаме, я ж спать собиралась…

Даня отстраняется от меня, его глаза опускаются вниз, туда, где тонкая ткань футболки совершенно не скрывает неровностей моей груди… Мои щеки начинают пылать.

Я попыталась вырваться из его объятий, чтобы хоть как-то скрыть свое смущение, но этот парень и не думал отпускать меня.

Какое-то время он напряженно молчал и, судя по неровному дыханию, пытался взять себя в руки:

– И это я еще ничего не видел и не трогал… – низким голосом с хрипотцой сказал он наконец-то. – Если так и дальше дело пойдет, я с тобой или с ума сойду, или нарушу обещание не трогать без разрешения.