Хранители. Часть 1. Воплощённые элементали

– О, это прекрасно! У меня в классе уже есть три девочки, дочери богатых вельмож. У неё появятся подружки, а то помнится, ты была единственной в своё время моей ученицей среди мальчиков, но была самой лучшей.

Резагда улыбнулась нахлынувшим воспоминаниям, её отрочество, как и детство, было сладким и счастливым.

– Сколько лет твоей дочери? – спросил монах.

– Десять исполнилось в прошлом месяце.

– Хороший возраст, самое время начать обучение. Она сама попросилась или это было твоё желание?

– Сама.

– Что ж, прекрасно. Я и не думал, что ты разрешишь ей учиться у меня после того, как выбрала для себя другой путь.

– Вы лучший учитель, отец Комеллиан. И самый лучший из живущих людей, – окрасив слова в любовь, нежно прозвучала Резагда.

– Ну, что ты, брось эти шутки, я самый грешный из всех живущих людей!

Они рассмеялись, и лишь Эралькса, не разделяя их радости, недовольно скорчила губы.

– Когда Миприя может начать обучение? – спросила Резагда.

– Думаю, с завтрашнего дня вполне, сразу после богослужения.

– Хорошо, – кивнула ведьма.

– Ну, что ж, – монах тяжело поднялся с места. – Тогда завтра я буду ждать девочку здесь, а сейчас мне нужно идти, на верхнем этаже идёт ремонт, я должен за всем проследить. Прощай, Резагда, – с тёплым отцовским чувством он обнял свою любимую ученицу.

– Прощайте, отец Комеллиан.

Когда женщины вышли из храма, Эралькса недовольно проворчала:

– Какой напыщенный монах, точно павлин! Лицемер! Никогда он мне не нравился.

– Мама, прошу тебя, перестань, – вздохнула ведьма.

– Теперь ещё будешь таскаться сюда каждый день с малышкой! Могла бы и сама научить её всему, что знаешь!

– У меня не так много времени на это, ты знаешь. Тем более я не буду таскаться сюда каждый день. Приводить Миприю в храм будешь ты.

– Что?! – опешила Эралькса.

– Именно, – с грозным видом повернулась к ней дочь.

– Почему сама не хочешь? – скривилась мать.

– Ты знаешь, что я не могу слишком часто показываться людям.

Женщины двинулись по главной улице, но вскоре свернули в проулок и продолжили путь по узким улочкам меж близко стоявших домов. Здесь было совсем малолюдно, хотя весь город из-за погоды выглядел пустым.