Игра без правил

КТМ начал просаживаться, как корабль на волнах, но движения не замедлил, он был слишком хорош, чтобы пасовать перед бездорожьем. КТМ умел многое и был рассчитан на куда большие трудности.

Неожиданно броневик сбросил ход и пошел направо, подпрыгивая на пересечении накатанных колей. Мелькнула мачта радиосвязи, грубый бетон литых бронеколпаков – отделение прибыло к порту «Салема», куда доставляли по воздуху пассажиров и оборудование, чтобы дальше отправить их по земле.

13

Подпрыгнув в очередной раз, КТМ выбрался на бетон портового отстойника, где происходили всякого рода загрузки-перегрузки.

– Приехали, команда! – прокомментировал водитель Франтишек и включил привод двери, выпуская лейтенанта.

– Оставь пушку-то, чего таскаться будешь, – сказал ему Леон.

– По инструкции не положено, – буркнул Мози, исчезая в проеме со своим «сквоттером». Дверь сейчас же закрылась – Франтишек тоже действовал согласно инструкции.

– Он прав, – кивнул Брейн.

– Эй, среди пассажиров есть ничего себе особы, – подал голос Леон, и все сразу заскребли крагами по забралам, чтобы лучше видеть через узкие иллюминаторы.

– А мне отсюда лучше видно! – похвастался штурман, поднявший кресло в пушечную башню.

– Ну и как там? – спросил Леон.

– Парочка козочек имеется. Одна рыженькая, бодренькая, но в очках.

– Значит, умная, – вздохнул Леон.

– А чего ты хотел, это ж спецы. Туда дураков не берут, – заметил Ольсен.

– Дураков только к нам подгребают, – ехидно заметил Ляминен.

– Все, ваш лейтенант возвращается! – сообщил штурман. Франтишек включил привод двери, и броневик слегка качнулся, когда Мози шагнул на ступеньку. Дверь закрылась, и сразу запустился двигатель.

– Ну что, идем на маршрут? – уточнил Франтишек. В ближайшие пару часов им предстояло ехать по вполне благополучной местности и только потом, в долине, выбирать дорогу по своему усмотрению.

– Да, теперь можно расслабиться на какое-то время.

– Сколько пассажиров? – спросил Брейн.

– Девятнадцать человек в двух «кассиопеях». Водители опытные, не первый год работают.

– А платформа?

– Платформа автоматическая.

– Сорокотонка?

Мози вздохнул.

– К сожалению, шестьдесят пять.

– Да ё-моё! – воскликнул Франтишек, только начинавший успокаиваться.