Клуб бессмертных

Не в силах выдержать такое совершенство, я отвернулась от Филиппа и встретилась глазами с молчаливым Марком. Он чуть заметно улыбнулся и жестом показал, что у него звенит в ушах от болтовни перебивающих друг друга экстравертов. Я в ответ возвела глаза к потолку.

– Вы уж извините, Филипп, – раздался снизу журчащий Пашин голос, – но джинсы Вам тоже придется снять. Если не работать с нижней частью тела, получится имитация лечения, а я не готов халтурить.

Филипп бросил на меня со своего коврика немного виноватый взгляд.

– Дань, что скажешь?..

– Разве у нас есть другие варианты?

– Садись рядом со мной: отсюда его почти не видно! – Объявил мгновенно перешедший со всеми на «ты» Данька и для ясности похлопал ладонью диван рядом с собой.

– Вам, вьюноша, рано флиртовать. – Обратился к нему с пола Паша. – Неплохо бы для начала закончить школу.

– Какую школу?! Я на первом курсе Computer Sciences в Вышке.

– А сколько ж Вам лет?

– Семнадцать. Я вундеркинд, между прочим, за год закончил десятый и одиннадцатый классы.

А его брат, – Данька указал пальцем на Марка, – только в этом году будет поступать.

– Вот что называется настоящий друг! – Холодно парировал Марк, с трудом скрывая снисходительную улыбку.

– Ну раз заканчиваете первый курс, тогда, разумеется, не вьюноша, но муж. Можно таращиться на девушку, пока глаза не выскочат из орбит.

– А на кого ему еще смотреть, доктор? – Пришел Даньке на помощь Филипп, неспешно расстегивая видавший виды кожаный ремень.

 – Не на нас же с вами.

С этими словами он стянул с себя джинсы, продемонстрировав симпатичные синие боксеры в красный цветочек (кажется, маки) и ноги Аполлона Бельведерского. Я почувствовала, как покрываюсь отвратительным пунцовым румянцем, и всё равно продолжала смотреть на Филиппа чуть ли ни с разинутым ртом. Лишь ощутив на себе чей-то взгляд, я оторвалась от Его Совершенства – и вновь встретилась глазами с Марком. Он поспешно отвернулся, продемонстрировав предательски пламенеющее ухо.

Бедному Марку было так же неуютно, как и мне: скромным интровертам не место в обществе заядлых экстравертов. Но деваться было некуда, и экстравертная троица продолжила издевательство над хрупкой интровертной психикой.

– Фил, жмыхает меня от твоих труселей! – Объявил неуемный Данька.

– Труселя и в самом деле нарушают душевный покой. – Поддержал его с пола Паша, мягко скользивший чуткими пальцами по рельефному позвоночнику Его Совершенства.