На веки вечные

? Ты не знала, что аспиды появляются там, где лед? – ласково погладил он ее по щеке.

? Не знала. Отец сказал только, что ходить к оврагу нельзя, а почему не объяснил. Думал, я не ослушаюсь. А у меня возраст такой был, не слушаться, понимаешь?

? Понимаю, ? опустился он перед ней на колени и одел на ее ножки нарядные туфельки.

Дома Элиас ждала записка от Илоны.

«С нетерпением жду объяснений», ? писала подруга. – «Рид выглядел огорченным. А Хендрик так и не подошел, хотя знает, что хромота не сильно беспокоит меня в танце.

Никто меня не поймет, ? досадливо смяла Элиас исписанный листочек. – Разве что, папа.

Бартлетт появился уже наутро. Она только и успела, что умыться. Услышала знакомый голос и помчалась в гостиную, не потрудившись даже расчесать волосы.

В гостиной расположились князь и ее родители. Фелиция, естественно, выглядит с иголочки. Естественно, смотрит на дочь с неодобрением. Элиас поняла, позже ее ждут нравоучения по поводу подобающего внешнего вида леди.

Она хотела кинуться к нему, обнять, целовать, но благоразумно сдержалась.

В ее присутствии я превращаюсь в желе, ? думал Бартлетт, глядя на самую восхитительную девушку на свете. И что удивительно, ему это нравилось.

? Прошу меня извинить за столь ранний визит, ? все-таки заставил себя князь оторвать взгляд от Элиас и начать говорить. – На юге вторжение. Король собирает войско. Я вынужден ехать немедленно.

? Ехать? Немедленно? – расстроилась молодая графиня.

? К сожалению, да. Но я не могу уехать, не сделав того, что собирался сделать.

Надежды Фелиции на то, что князь не воспринял ее дочь всерьез, не оправдались. Хотя, надо признать, женщине импонировала его решительность. Накануне они с Франки вернулись слишком поздно, и она не успела разузнать, навещал ли Бартлетт ее дочь. Но, судя по горящим глазам последней, он был здесь.

? Граф Морлимер, ? продолжал Мюрай. – Прошу руки вашей дочери.

? Я согласна! – выпалила Элиас.

? Элиас! – строго одернула ее Фелиция. ? Леди не пристало так открыто выражать свои эмоции.

? Но, если я рада, почему должна скрывать это? – возмутилась дочь.

Франки громко рассмеялся.

? Предполагаю, отказ неприемлем, ? сказал он. – Иначе моя дочурка, чего доброго, устроит голодную забастовку.

? Обещаю, что буду заботиться об Элиас, ? шагнул Бартлетт к девушке.

? Позволь?

Он надел на ее пальчик колечко с розовым камушком.