Последние стражи Аарона

Раскаленный до бела пламенный шар сорвался с ее рук и угодил чуть выше головы Реми. Оглушенный, тот упал на землю. Ветви дерева, принявшего на себя гнев мага огня, затрещали и раскололись словно пронзенные ударом молнии.

Беды было бы не избежать, но Мириам тряхнуло, словно куклу. Что-то ударило ее, и она с недоумением уставилась на Моргана. Этот толчок, чем бы он ни был, в миг отрезвил ее. Она бросилась было на помощь Реми, но северный лорд подхватил ее, и рывком на ходу усадил в седло.

– Я же не убила его? Я не убила его?! – запричитала она, но Морган пришпорил коня, желая быстрее покинуть этот сад.

– Непременно убила бы, глупая ты девчонка, – ответил ей Бранд. – И знай, что я не покупал тебя! Это ложь. Я дал этому дураку денег, чтобы он начал другую жизнь. Не возомни, что ты для меня представляешь особую ценность!

– Так отпусти меня!

– Нет! – злобно гаркнул он. – Твой друг обещал тебе жизнь, но ты недостаточно умна, чтобы сохранить ее. Ты даже не сообразительна настолько, чтобы понять, что он сделал для тебя! Была бы мальчишкой, оттаскал бы тебя за уши! Но этого было бы мало! Подумать только! Ты его чуть не прикончила! Чуть не поджарила! О, проклятье! Как жаль, что он не маг!

– Я чудовище, – тихо призналась Мириам, думая, что чуть не убила юношу, с которым так отчаянно хотела остаться рядом до конца жизни.

– Как и я, – раздраженно ответил ей Морган. – Знаю, что ты думаешь. Я Бранд. Мучитель с Севера. Волчья шкура. Так здесь еще называют северян? Вот только пока наша с тобой кровь красна, мы не такие уж и разные.

Едва только стемнело, когда они поднялись достаточно высоко над городом, и Мириам, наконец, решилась обернуться назад. Вдали были видны порт и бесконечное море. Сама Мецца на мгновение показалась ей такой маленькой, похожей на расписную игрушку. Мириам хотелось подольше посмотреть на нее, чтобы запомнить такой, запечатлеть в памяти навсегда, но она не осмелилась просить.

До конца их долгого пути Морган предпочел сохранять суровое молчание.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

ДУХ ВОЙНЫ

Ранее. Королевский дворец, Дагмер

Перед королем Дагмера в зале Совета стоял его сын более гневный, чем обычно. Кулаки юноши были сжаты, глаза горели ненавистью еще большей, чем Аарон привык наблюдать. Рядом с ним – Морган, завязавший руки узлом на груди. Раскачиваясь с пятки на носок, он всем видом выказывал пренебрежение, но Аарон слишком хорошо его знал и чувствовал, что тот взволнован.