Последние стражи Аарона

– Приветствую вас, доблестные стражники вольного города Дагмер, – отозвался Морган, выводя коня за уздцы из тени. Ивэн видел, что, говоря с ними, тот из всех сил пытается сохранить серьезность.

– Добро пожаловать, Ваше Сиятельство, – отозвался голос, в мгновение переставший быть грубым.

Ивэн хотел разглядеть стражника, задрав голову к небу, но огонь на вершине башни был слишком ярким, и ему пришлось отвести глаза.

– Я видел отступников не так далеко. Будь бдительным, Ахельм! – крикнул Морган, заставив Ивэна удивиться.

– Глаз не сомкнем, достопочтимый лорд! Нам дороги наши семьи и наш дом.

Путники двинулись дальше. Добротно сколоченный деревянный мост, перекинутый через широкий ров, легко заскрипел под копытами коней. Вход за пределы первой крепостной стены был открыт. Ивэн различил в темноте редкие постройки, поля с заготовленным сеном и сады. Вокруг было очень тихо. Не спали только стражники, выставленные на охрану города.

Чем ближе они подходили ко второй крепостной стене, освещенной пылающими факелами, тем все большее волнение охватывало юного мага. Он испытывал восхищение и трепет, глядя на эти стены. Ни одна на свете сила не способна пошатнуть их. Он был так увлечен разглядыванием массивной крепости, что чуть было не вскрикнул, когда Мириам без слов легко сжала его холодные пальцы и тут же отпустила их. Как ни в чем ни бывало она побежала вперед через подвесной мост к запертым воротам.

Он видел, как открываются тяжелые резные ворота, охраняющие вход в город. Там в проеме, ожидая своих спутников, остановилась Мириам.

– Добро пожаловать, Ивэн, – проговорил Морган, обернувшись к нему. – Теперь это – твой дом.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

ЗА ЭСТЕЛРОС

Ранее.

Неприступный замок раскинулся у подножья невысокой горы Эстелрос у южных подступов Айриндора. Над его приземистыми башнями гордо реяли светлые сияющие знамена. С их полотен на врагов взирал устрашающий зверь, в грозном оскале обнаживший острые зубы – волк, истинный хозяин этих земель. Вокруг замка, подобно бисеру, рассыпался целый город. Дома крестьян и господских слуг окружили его плотным кольцом.