Вилея

К счастью, ни мама, ни бабушка Димира так и не узнали о наших секретах. И не узнают, поскольку мы обещали сохранить все в тайне. Но лишь с утратой пришло осознание, что так бабушка Мервена учила нас жизни, прививала ловкость и способность трезво мыслить, когда все идет прахом. А еще преодолевать страх.

И да, любовь к горячему элю с медом – тоже с ее подачи. Настоящие ардессы такое не пьют. А я… Я – Вилея!

– Что здесь происходит?! – всплеснула руками мама, входя на кухню.

Словно по команде, ари, слуги и кухарки замерли на своих местах, боясь смотреть в нашу сторону.

– Мам… Мне так жаль! – эль уже успел прилично дать в голову, и теперь все так тщательно сдерживаемые эмоции прожитого дня полезли наружу.

Подбородок мамы задрожал, глаза заблестели:

– Вам всем пора переодеться к последнему обряду. Начнем с заходом Тройки, – она развернулась, чтобы уйти, но вдруг остановилась. – А с тобой, дочь, мы поговорим завтра. Не спеши уезжать. Это важно.

Я застыла с открытым ртом, уже готовая выдать тысячу причин, по которым разговор невозможен.

И если бы не последние слова, я бы их озвучила. Но сказанное в конце меняло все. В том числе мои планы на скорое отбытие из замка в поисках ответов.

* * *

Ярко-красные языки пламени взметнулись вверх, рассыпая снопы оранжевых искр идеально ровным кругом. Маги Огня плели совместное заклинание, предлагая стихии забрать безжизненное тело бабушки и освободить ее душу для дальнейшего путешествия. Я стояла в стороне. Родным запрещалось участвовать в обряде.

Считалось, что на фоне эмоций магия может дать сбой и потянуть за собой Силу всех остальных. Может, оно и к лучшему. Не хватало еще устроить огненную пляску на последнем обряде.

Шипящее поначалу пламя яростно загудело, окружая деревянный алтарь плотным коконом. Нестерпимый жар заставил магов отступить на шаг назад, но губы их продолжали шевелиться, произнося нужные слова то тише, то громче. Из череды ярких сполохов взгляд то и дело выдергивал малоразличимые детали. Но общее заклинание исправно работало как раз на скорость и «сносность» картины для родственников.

Я обернулась. Справа за нами стояли маги Воздуха, напряженные и сосредоточенные. Их фигуры и лица были скрыты под плащами с глубокими капюшонами, и только открытые руки со сложенными в различных жестах пальцами демонстрировали готовность продолжить песнь Красных в нужный, одним им известный момент. Едва последний пламенный лепесток погас, Белые запели, рисуя знаки на воздухе.