Меня не видно изнутри

Высадив Розу у песчаных холмов на восточной стороне залива, Этан заглушил двигатель и вышел следом, чтобы проводить её и убедиться, что она будет в безопасности. Мы с Марго тоже выбрались на солнышко и, пока успевали, ловили тёплые лучи среди дырявых облаков. С моря дул холодный влажный ветер, подгоняя редкие гуляющие парусники, пассажирские катера и рыболовецкие суда. Не встречая преграды на берегу, вихрь настырно пробирался под одежду. Вокруг не было ни зданий, ни растительности, кроме лохматой травы да куцых пучков зайцехвоста.

Возле пляжных кабинок собралась невнятная толпа местных тусовщиков и сёрферов, и мы молча наблюдали со стороны, как они безмятежно покачиваются под зацикленный примитивный бит из блютуз-колонки.

Этан достал из-под солнцезащитного козырька модные чёрные очки. Марго их незамедлительно отобрала и, скрестив руки на груди, состроила из себя крутую девчонку.

– Понял, понял, да? Со мной шутки плохи! – сказала она с притворным наездом.

Этан не сопротивлялся, лишь понимающе улыбнулся.

Марго важно забралась на капот с ногами, подогнув их под себя по-турецки. Послышалось недовольное, но мягкое бормотание Этана:

– Вечно тебе надо куда-нибудь залезть.

Марго закивала и с удовольствием подставила лицо солнышку. Следом Этан вытянул из бардачка бутылку воды, которую Марго, разумеется, тоже умыкнула, попила, но сжалилась и вернула её брату. Мы так и застыли у капота втроём, передавая друг другу бутылку, и снисходительно наблюдали, как Роза во всеоружии, картинно размахивая копной локонов из стороны в сторону, словно кинозвезда «Спасателей Малибу», бежит навстречу бойфренду.

Уперевшись одной рукой в бок, Этан сдержано покачал головой, а потом вдруг энергично потрепал Марго за нос – она возмущённо кинулась на него, но едва не свалилась с капота и стала в отместку пихать Этана в живот – насколько могла дотянуться. Этан скрутил сестру за руки и обнял её невзирая на несогласные вопли.

– А нечего было, нечего… – приговаривал он.

Вид у Этана был торжествующий, как у Александра Македонского.

Натан явно принял его за эталон в своём издевательстве над Лили.

– Ну что, а теперь – по магазинам, – неожиданно заявил Этан, заметив, как я рассматриваю их с Марго нелепые, но такие душевные объятия.

Чтоб Марго кому-то позволила себя так обнять – надо её сначала парализовать…

Мы с Марго даже не сговаривались – сразу сели в машину. То ли ветер над заливом дул особенный, то ли сам день был какой-то необычный.