Главный шлюз

Потом он вышел в проход между креслами и, улыбнувшись Брейну, сказал:

– Поздравляю вас, сэр, вы дома!

– Так уж и дома, – вздохнул Брейн и, подхватив свой багаж, направился к выходу. Но едва ступив на трап, он заметил, что гравитация на Лутоне-Двойном на пару процентов выше, чем отрабатывали соленоиды шаттла.

Другой бы не заметил, списав на недомогание и плотный ужин накануне, однако Брейну случалось высаживаться с «корабля на бал», когда «бал» оказывался нашпигован осколками и бинарными зарядами, поэтому он по привычке относился к подобным вещам более критически.

23

Спустившись на бетон посадочной площадки, Брейн огляделся и с удовольствием перевел дух, наполнив легкие ароматами цветущих по периметру бетонки розовых кустов. Над ними вились похожие на богомолов насекомые с тремя парами крыльев. Полудюжиной хоботков они высасывали нектар сразу из нескольких цветков одновременно.

– Значит, так… – произнес гоберли и, обнаружив, что перед ним никого нет, развернулся в сторону Брейна.

– Значит, так, сэр, сейчас идем на доклад к полковнику Вильямсу. До его офиса триста двадцать четыре метра. Вы понимаете меня?

– Как никогда хорошо.

– Тогда следуйте за мной и…

– Не нарушайте правил уличного движения, – предложил свой вариант Брейн, видя, что гоберли выбрал слишком крепкую для этого случая таблетку. Возможно, другой у пилота просто не оказалось.

– Нет-нет, идите за мной. Сейчас уже поздно что-то изменять, – сказал гоберли, направляясь в сторону бетонного сооружения, мало похожего на жилое помещение или офис.

Гоберли с Брейном вошли в сумрачную галерею с грубыми бетонными стенами, где пол был выстлан голубоватым пластиком, а в воздухе пахло моющими средствами.

Следуя за гоберли, Брейн миновал несколько дверей с табличками и остановился, когда тот поднял руку в останавливающем жесте, как будто они были на какой-то спецоперации.

Брейн поставил на пол чемодан и стал ждать, в то время как гоберли еще какое-то время не двигался с места, набираясь решимости, чтобы предстать перед грозным начальником, и, похоже, даже полученная от пилота таблетка не очень помогала – страх заставил гоберли протрезветь.