Ночной Базар. Путь домой

Быть может, она проснется от скрипа открывающейся двери, топота солдатских сапог и металлического бряцанья оружия, которым будет казнен каждый, кто предал короля.

Запертая в мирке таверны, Али иногда ловила себя на мысли, что все случившееся могло быть сном или выдумкой. Вот только присутствие Каза напоминало о действительности.

Парень подошел близко к столику, за которым сидел мужчина, разливший пиво, и наклонился.

– Что именно не устраивает? – поинтересовался Каз.

– Как ты смеешь так ко мне обращаться, наглый мальчишка? – надменно отозвался посетитель, пытаясь указать парню на его место.

Мужчина самодовольно ухмыльнулся.

Губы Каза презрительно искривились.

За время, проведенное вместе, Али успела выучить, что последует за этой гримасой. Девушка сделала шаг вперед и загородила Каза.

– Господин, – послушно, но ядовито произнесла она, – я бы попросила вас покинуть таверну.

– Да как у тебя смелости только хватает, девка!

Разъяренный мужчина резко поднялся, оттолкнув стул назад и расцарапав его ножками свежий лак на полу.

* * *

– Поверить не могу! – в третий раз повторил Илисс.

Каз стоял перед ним, опустив голову, но совершенно не ощущая себя виноватым и не испытывая мук совести. Его белая рубашка лишилась пары пуговиц, воротник был измят, а черный фартук забрызган спиртным.

В угоду Али и из уважения к хозяину таверны Каз старался подчиняться Илиссу и жить по его правилам, но все же иногда ими пренебрегал.

Девушка стояла рядом с Казом и тоже выслушивала нотации, кивая, хотя и пропускала большинство слов мимо ушей, погрузившись в свои мысли. Она понимала, почему Илисс был зол. Хотя нет, зол он не был – он пребывал в настоящей ярости.

– Поверить не могу! – повторил он.

Али мысленно считала, сколько раз он скажет эту фразу. Четыре. Если будет пятый, значит, дела их совсем плохи – прямо хуже некуда.

– Шестой раз за месяц!

Илисс мерил шагами комнату и размахивал руками в такт словам. Али видела, как он мысленно одергивал себя, как только начинал повышать голос, чтобы не срываться на крик. Илисс был миролюбивым, но даже его можно было вывести из себя, если очень постараться. А постарались они знатно.