Оставьте Дверь открытой

Все остановились, переглянулись и, повинуясь кивку Сени, кинули инструменты и поспешили на выход с поляны.

– Солнце садится. Завтра продолжим. Не хочу шевелить на ночь глядя то, что там спрятано, – сказал Сеня, и все с ним согласились.

До лагеря все шли молча. У меня было очень большое желание оглянуться, но сразу вспоминались страшные сказки и напутствие: «Иди да не оглядывайся».

Архо в лагерь ещё не вернулся. В отсутствие Жоры Палычу пришлось помогать Капустину, который с наслаждением костерил начальника, как последнего поварёнка.

Палыч терпел, но было видно, что из последних сил.

– Эй, ребята, ну что, откопали клад драгоценный? – засмеялся Капустин, когда мы, усталые и умытые, расселись на брёвнах у костра. – А то гром небесный слышал, вот, думаю, сам громовержец за своим добром пожаловал.

– Не мели, – осадил его Сеня. – Это мы что-то там зацепили, вот и зазвенело. Удивительно, что слышно было. Далеко же.

– Ну да бог с ним, – немного испуганно сказал Капустин, – давайте я вас покормлю, а там спать.

Завтра – солнце, новый день и всё будет хорошо. – Он говорил так, будто уговаривая или нас, или себя.

Все проснулись с хорошим настроением, а вчерашние страхи рассеялись вместе с утренним туманом. Я с нетерпением ждал, когда мы откопаем то, что вчера так звенело. Но, видимо, не мне одному не терпелось это узнать. Все позавтракали очень быстро и поспешили на место раскопок. Архо ещё так и не было, и Палыч остался помогать на кухне, хоть и с большой неохотой. Ему тоже хотелось участвовать, но очередное странное правило нашего заказчика не позволяло находиться в кругу раскопок больше, чем семи человекам.

Вот и выходило, что раскопки держались на трёх неопытных студентах, двух братьях и двух самых опытных археологах. Главным негласно стал наш бородач Сеня.

Войдя в круг, мы все столпились у того места, где Родя кинул своё кайло. Высохшие комья земли, пожухлая трава – и неизвестность, спрятанная под всем этим.

– Давай! – первый раз на поляне раздался голос.

Это Сеня, видимо, не выдержал всеобщего напряжения.

Родя взял свой рабочий инструмент, аккуратно воткнул его в землю и начал плавно отваливать пласт земли. Я схватился за него руками, пытаясь помочь его сдвинуть. Он легко отошёл, оголяя нечто гладкое, блестящее и, похоже, металлическое. Здесь уже все начали помогать убирать землю – так же, руками, не желая услышать повторения вчерашнего звука. Инструмент покидали немного поодаль, чтобы не мешал.