Его сиятельство Каспар Фрай

Филипп не стал кричать ему в ответ, лишь указал рукой в сторону Ливена и тронул лошадь, направляя ее к дороге.

– Но нас всего пятеро! – воскликнул Лейдорф, когда бароны почти нагнали короля и де Шермона.

– Я принял решение ехать посольством, ждать войско мне не хочется.

– Но ведь мы не сможем обеспечить вашу безопасность, ваше величество! – Огромный Лейдорф стал затравленно оглядываться, ожидая появления вражеского отряда.

– Успокойтесь, барон. Мы только взберемся на следующую горку, откуда до города уже рукой подать, и, если нам что-то не понравится, останемся там ждать авангард.

21

Спорить с королем барон не стал, терпение его величества имело пределы. Между тем тучи окончательно разошлись и солнце стало пригревать совсем по-летнему. Над дорогой поднимался пар, а в редких придорожных кустах запели птицы.

Вскоре король снял дождевую накидку и передал Лейдорфу. Сырая амуниция и одежда на всадниках стали подсыхать.

Проехав еще мили полторы, «посольство» поднялось на небольшую возвышенность, которую его величество приметил еще с холма.

В отличие от Харнлона облик старого Ливена не был испорчен видом многоэтажных доходных домов, а разросшиеся пригороды гармонично повторяли историческую архитектуру центра города. То тут, то там были видны строительные леса и незаконченные стены бревенчатых, а кое-где и каменных построек.

– А город растет, ваше величество, – заметил де Шермон.

– Да, он производит хорошее впечатление, – согласился король.

– А вы, ваше величество, собирались его сжечь.

– Не ехидничайте, граф. Я говорил… иносказательно.

– Там всадники, ваше величество! – воскликнул Лейдорф и выхватил из ножен меч. Его примеру последовали два других барона, однако король и де Шермон оставались спокойными.

– Их всего пятеро, они в гражданской одежде и без оружия, – сказал граф.

– А трое сзади едва держатся в седле, – добавил король.

– Но как они узнали о вашей победе, ваше величество? – спросил Лейдорф, не убирая меча.

– Довольно разговоров, барон, поднимите-ка лучше королевский штандарт, – приказал Филипп.

Из узкого, притороченного к седлу чехла Лейдорф проворно вытащил тонкое древко со свернутым полотнищем. Встряхнул его, и шелковый герб Рембургов заструился под солнцем на легком ветерке.