Дорога в Амбейр

– Мы же взрослые люди, Лиза…

В черных глазах капитана Куатро полыхнул злой огонь, и она, яростно сорвав с рук накладки, двинулась на Браена.

– Минуточку, – сказал он, – пусть взвод идет на обед.

– Вы сама любезность, мистер Клэнси, конечно, пусть идут. Пинета, уводите людей!..

Не проронив ни слова и время от времени оглядываясь на застывшую на татами пару, «коричневые крысы» покинули зал. Когда за последним солдатом закрылась дверь, как из пращи выпущенный кулак обрушился на голову Браену.

Это был коронный удар Куатро, длинный и молниеносный. К тому же неудобный в приеме, как техника всех левшей.

Чтобы избежать тяжелой контузии, Браен двинулся навстречу Лизе и, одновременно приседая на колено, пробил короткий крюк через левую руку нападавшей. Это была правая «быстрая» рука Браена, и шансов увидеть этот удар у Лизы не было.

От сильного удара в голову она стала падать на татами, немного удивленная таким поворотом событий.

Едва она приземлилась на четвереньки, Браен не мешкая прыгнул ей на спину и, захватив правой рукой шею, с махом правой ноги завершил переворот с одновременным удушением.

Куатро неистово забилась, пытаясь перевернуться, но только усугубляла свое положение. Браен прихватил еще жестче, и его яростная противница захрипела. Подержав ее с полминуты, Браен ослабил хватку и отбросил Лизу в сторону, как мешок. Затем проверил на ее руке пульс и стал ждать.

Наконец Лиза открыла глаза и сделала первый вздох.

Это вызвало у нее приступ хриплого кашля, и она села на татами, кашляя и держась за горло. Совершенно неожиданно для Браена приступ кашля перешел в рыдания, и из глаз сурового инструктора по рукопашному бою потекли самые настоящие женские слезы.

Наконец капитан Куатро перестала плакать и, глубоко вздохнув, сказала:

– Спасибо тебе…

– За что?.. – не понял Браен.

– За то, что «крыс» увел… Они бы порадовались моему позору. – И, громко всхлипнув, горестно добавила: – Я их здесь всех допекла…

– А зачем же допекла?.

.

– А я и сама не знаю… Злоба во мне какая-то сидит… Вот вижу, человек хороший, и нравится он мне, а вместо того чтобы поговорить с ним… Очнусь, а он уже с разбитой рожей валяется… И что странно, никакие там психиатры меня не забраковывают… Все, говорят, нормально… Ну, конечно, им-то я рожи не бью…

Лиза замолчала, и они какое-то время сидели на татами молча.