Оникс и слоновая кость

Подмигнув ей, он развернулся и ушел.

«Надеюсь, Корт Оллгуд, ты подавишься собственной желчью», – мысленно огрызнулась Кейт.

Она как раз завела Пипа в денник, когда пришел мейстер. Невысокий, тонкий и гибкий, как хлыст, Дикон Льюис, несмотря на немалый возраст, мог дать фору любому наезднику, состоявшему под его началом. Короткие черные волосы, тронутые сединой, обрамляли смуглое костлявое лицо, туго обтянутое старческой кожей. Он и так-то отличался крутым нравом, а сегодня Кейт и вовсе боялась поднять на мейстера глаза, опасаясь заслуженной взбучки.

Мельком глянув на Кейт, мейстер остановился, осматривая Пипа. Затем он вошел в денник и провел рукой по больной ноге. Мерин недовольно шарахнулся. Льюис отпустил ногу, выпрямился и со вздохом произнес:

– Я вызову целителя.

Сомнение в его голосе стало для Кейт ударом под дых.

– Возможно, я и сумею залечить кость, – изрек пришедший вскоре магик-целитель, – но не уверен, что конь будет пригоден для работы.

Магик поднялся и оправил зеленую мантию – непременный атрибут своего ордена. Чарокамень, который лекарь использовал, чтобы определить увечье, остался прикрепленным к кожаной повязке на бабке Пипа. Камень светился алым цветом и пульсировал, точно сердце.

Кейт уставилась на зеленую мантию. Ей были неприятны и маска, скрывавшая лицо целителя, и его сухой, безразличный тон. Все магики носили маски.

– Сколько? – так же бесстрастно спросил Дикон, но то, как он потирал четыре шрама на левом предплечье, выдавало его беспокойство.

Шрамы были глубокими, изуродованные мускулы казались сведенными судорогой. Мало кто выживал после нападения ночных драконов, а Дикон за свою долгую службу на почте умудрился пережить целых два.

– Семьдесят валентов, – ответил целитель.

Сердце Кейт екнуло. Новый конь обошелся бы ненамного дороже, и она догадывалась, каким будет ответ Дикона. Забывшись, она дернула конюха за рукав:

– Мейстер Льюис, прошу вас, позвольте мне самой оплатить лечение. Если вы удержите мое жалование за этот месяц и за следующий, то…

Дикон стряхнул ее ладонь и жестом приказал замолчать.

– Благодарю вас, – сказал он целителю. – Мы отказываемся от лечения.