Ильхо

– Не болтай со всеми об этом! – возмутилась Мартия.

– А что такого? Чего ты лебезишь перед этой семейкой? Подумаешь, богатеи…

– Дело не в этом! Они – уважаемые люди.

– Мы тоже уважаемые люди.

Мартия устала спорить и замолчала. Она никогда не думала, что ничем не хуже господ, – мысль эта и сейчас казалась ей почти крамольной. Слова послушания были будто нашёптаны ей ещё до рождения. А вот Этерь пыталась расшатать устои их спокойной, безоблачной жизни. Именно поэтому Мартия иногда и не понимала, как относиться к своей новой подруге и что думает о ней.

– Тётя Аурия! – прокричал кто-то, и они обе заозирались по сторонам. К бару приближались трое мужчин: двое тащили одного, что поджимал ногу и еле поспевал отталкиваться другой от земли.

– В чём дело?

– Тут Барудо. Раненный.

– Так зачем вы тащите его ко мне? Несите к Герцогу!

Тётя Аурия вышла из-под навеса и упёрла руки в бока.

– Что с тобой случилось, Барудо?

– Меня… Меня морской дьявол покусал… – слабым голосом ответил тот, в ком Мартия узнала местного гончара.

– Таки сам морской дьявол? – Тётя Аурия сощурила глаза. – Собственной персоной?

– Мы нашли его на берегу, без сознания.

– Вот! – продемонстрировал свои увечья Барудо, приподнимая повыше правую ногу с закатанной до колена штаниной.

Хозяйка склонилась и с сомнением произвела осмотр. Мартия привстала, с любопытством вытянув шею; Этерь так и вовсе сунулась к пострадавшему, уткнувшись в ногу с другой стороны от Аурии.

– Одни дырки… А кровь где? – сердито поинтересовалась та.

– Так это… от соленой воды затянулось.

Тётя Аурия тем временем выпрямилась, чуть не уперев внушительную грудь, обтянутую ярко-зелёной, с домашней вышивкой, тканью, в грудь Барудо, и потянула носом воздух.

– Да от тебя несёт!

– Неправда.

– Правда-правда. – Аурия принюхалась ещё раз. – Ты напился вчера!

– Ничего подобного! – Барудо попытался отстраниться, но его всё ещё поддерживали под руки, и он едва не упал. – Выпил не больше обычного.

Хозяйка рассмеялась и отступила.

– Так и зачем вы его ко мне привели? Ему нужно отоспаться, а то, поглядите, уже всякая нечисть мерещится.

– Так мы думали… – замялся один из мужчин, – вы ему водки плеснёте. Чтобы отошёл.

– Ещё чего! Давайте ведите его отсюда.

– Я клянусь, я его видел. С кожей, покрытой чёрными язвами, и зубами словно лезвия!..

Аурия лишь покачала головой, сложив руки на груди.

– И куда нам его? – подал голос второй мужчина. – Нам работать пора.