Чёрный кот

У неё даже не было друзей, у которых она могла бы сегодня переночевать. Правда, она могла бы пойти к Арсению, но одной мысли о том, что друг увидит её такую жалкую, мокрую, побитую, хватило, чтобы отказаться от этой затеи.

Мокрая одежда, конечно же, не грела. Вскоре она уже дрожала всем телом, не в силах совладать со стучащими от холода зубами. Мысль, что, возможно, она подхватит на этой скамейке воспаление лёгких или ещё что и скоро умрёт, сначала доставила ей мрачное удовольствие, а потом ввергла в тоску, от которой захотелось выть.

Дождик прибавил. Крупные холодные капли застучали по листьям над её головой, всё чаще попадая и по ней самой.

– Я не помешаю? – спросил молодой мужчина, почти юноша.

Ольга вздрогнула – он появился так неслышно – и молча подвинулась.

– Почему ты сидишь здесь одна? – спросил он, так легко перейдя на «ты», словно был её давним приятелем.

Ольга пожала плечами, не зная, что ответить. Она бросила на него взгляд исподлобья. Час был поздний, в такое время стоит опасаться любых незнакомцев, даже тех, кто симпатичен и говорит располагающим голосом.

– Вот, возьми, – сказал доброжелатель, снимая с себя куртку и предлагая ей.

– Я не мёрзну, – соврала Ольга.

– Я вижу, что мёрзнешь, – настаивал он.

От одной куртки вреда не будет, подумала она и надела её, перед этим сняв свою, промокшую насквозь. От мягкой кожи, ещё хранившей тепло чужого тела, приятно пахло.

Ольга присмотрелась повнимательнее. Незнакомец, одетый в чёрную толстовку, джинсы и кожаные сапоги, высокий, с темными вьющимися волосами, выглядел невероятно круто.

– Я Дмитрий, – назвался он.

– Дима… – тихо, для себя, повторила Ольга.

Неизвестно из-за чего, но это вдруг рассмешило её нового знакомого.

– Ну да, – сказал он с улыбкой, – всем нравится именно так меня называть.

Ольга так и не поняла, что в этом смешного. Всех Дмитриев обычно зовут Димами.

– Так что с тобой случилось? – по-дружески спросил он.

Ольга отвернулась от него и промолчала. Парни никогда не обращали на неё внимания, то ли из-за того, что она слишком высокая, – в начале средних классов она была на голову выше одноклассников, именно тогда её начали дразнить, – то ли потому, что она никогда не одевалась как другие девчонки, никогда не была нарядной, не красилась. Даже Арсений видит в ней не больше чем друга. С чего бы этому обращать? Разве что из жалости.