Дискорама

– Не утащишь, – согласился Плунжер. – Значит, надо ждать темноты.

– Какой темноты, парень? То, что нас до сих пор не засекли, уже чудо, понимаешь?

В этот момент, в доказательство опасений Джека, над ямой пронеслась пара лаунчмодулей. Джек толкнул Плунжера на самое дно и покатился следом за ним. Пока они падали, лаунчи успели сделать разворот и со второго захода ударили гранатами.

Глина поднялась стеной и накрыла Джека с Плунжером, присыпав сверху оборванными травами.

Кашляя и отплевываясь, они стали выбираться из мешанины земли и мусора, затем Джек сделал знак Плунжеру, чтобы тот не шумел, и какое-то время прислушивался к тому, что происходит вокруг.

– Все в порядке – улетели, – сообщил он и, поднявшись на ноги, потряс пистолет, освобождая от набившейся земли.

– А они снова не прилетят, начальник? – спросил Плунжер, отплевываясь и смахивая с себя глину.

– Не должны. Нас они не видели, а по яме отработали как по возможному укрытию. Фронтовые машины, сразу видно. Хорошо, что по роботу не ударили.

– Да. Там же весь мой товар.

Джек выбрался из ямы, посмотрел из-под ладони на куст и свернувшегося рядом с ним «грея».

– Уходить нужно прямо сейчас.

– Давай убираться, начальник! – подхватился Плунжер и стал быстрее отряхиваться.

– Давай бегом, на ходу будешь рассказывать, куда дальше двинем. И помни, у нас топлива километров на восемь максимум.

– Этого хватит, начальник! Наверняка хватит!

26

В дверь постучали, но капитан Хольмер, лежа лицом к стене, даже не повернулся.

Хольмер вздохнул и, поднявшись, спустил ноги на пол.

– Войдите!

Дверь приоткрылась, и в кубрик заглянул лейтенант Хирш.

– Ты чего не сказал, что это ты?

Капитан помассировал лицо и покосился на край стола, где стояла бутылка с остатками коньяка. Последние десять дней он пребывал в жесточайшей хандре, такой сильной, что не помогал даже коньяк.

Правда, третьего дня сержант-хозяйственник угостил его солдатским ромом «Кайро». Жутким пойлом, которое из-за негуманного воздействия на людей убрали со складов еще лет двадцать назад, однако пройдохи-кладовщики припрятывали его, подделывая акты об уничтожении, а теперь понемногу сбывали налево, причем за эти двадцать лет «Кайро» сделался еще злее и резче.

Но ром закончился вчера, а после него коньяк действовал не лучше обыкновенной воды.