Бронебойщик

Однако постепенно приободрился и даже стал согреваться.

– Как в сапогах? – с усмешкой спросил Ферлин. Джек в ответ только поморщился.

– У нас еще пятнадцать минут. Из них на подход нужно семь, на подготовку ружья – пять.

– А куда еще три?

– Три будут в резерве.

На болоте громко плеснулась игуана, ударив хвостом и подняв дождь брызг.

– Ишь как разыгралась, наверное, поймала чего, – прокомментировал Ферлин. – Ну пойдем, в пять сорок две будет пролет.

– Пролет чего? Добычи?

– Да, приятель.

– А почему такая точность? – спросил Джек.

– Потому что эта птица очень любит точность. И за это мы ее ценим.

Джек из этого объяснения ничего не понял, но не стал расспрашивать Ферлина, решив, что сам во всем разберется в процессе охоты.

Тем временем Ферлин собрал всю траву, на которой они спали, и унес, чтобы снова спрятать.

– Зачем ты это делаешь, мы что, сюда еще вернемся?

– Если вернемся, будет подстилка, а если нет, пусть никто не узнает, что мы здесь ночевали.

– Не хочешь, чтобы кто-то узнал про место, богатое дичью? – по-своему понял Ферлина Джек.

– В самую точку, приятель, пошли.

Джек забросил на плечо отощавший мешок с провизией и пошел за Ферлином, который уверенно шагал по усыпанной булыжниками земле, несмотря на утренние сумерки.

Джек ступал за компаньоном след в след, эту азбуку он уже освоил. Вскоре они подошли к полосе клубящегося тумана, стало слышно журчание воды.

– Здесь река, Ферлин?

– Когда как, – ответил тот. – Иногда просто песок, а ночами из болот вода вытекает.

Воды под слоем тумана было немного – по щиколотку, но, заслышав движение, к месту брода кинулись вечно голодные игуаны.

Они были небольшие, крупные на мелководье не выходили, но из-за сумерек и тумана Джеку казалось, что их окружают трехметровые монстры. А какие у игуан зубы, он знал.

Должно быть, привлеченные страхом Джека, болотные хищники стали на пробу стегать его хвостами.

– Ах, сволочи! – воскликнул он.

– Что такое? – спросил Ферлин, оборачиваясь.

– Они… Они напали на меня!

– Пустяки, придави одну-другую каблуком, и больше они к тебе никогда не пристанут. Даже когда вырастут и станут по-настоящему опасными.

– Они что, на всю жизнь запоминают, кто им наподдал?

– Да, они различают твой запах и помечают его как запах опасности.

– Поэтому тебя уже не трогают?

– Правильно.